— Очень интересно — протянул я, глядя на ниргала.
— Корис! Корис! — окрик оторвал меня от размышлений и заставил повернуться на шум.
По пояс проваливаясь в сугробы, ко мне спешил Тикса, возбужденно размахивая в воздухе осколком камня. Добравшись до меня, гном радостно сунул мне под нос осколок и что-то залопотал на своем языке. Внимательно изучив маячивший перед лицом камень, я пришел к выводу, что он ничем не отличается от всех виденных мною ранее камней. Булыжник как булыжник. Видел и покрасивее.
Видя, что я не разделяю его радости, Тикса возмущенно подпрыгнул и зажестикулировал сразу обеими руками. Теперь, в опасной близости от моего носа заплясал еще и солидных размеров молоток, в котором я без труда опознал личный инструмент мастера Древина — тот постоянно таскал его за поясом и я уже успел изучить его в деталях. Очень сомневаясь, что Древин отдал его коротышке добровольно. Как пояснял старший из братьев, этот простой на вид молот ему вручили вместе с поясом мастера строителя и он им очень дорожит.
— Тикса! Да ты никак у мастера Древина молоток спер! — укоризненно воскликнул я, уличающе ткнув пальцем в инструмент.
Уловив в моих словах имя Древина и, правильно поняв, на что я указываю, гном проворно спрятал руку с молотком за спину и, состроив невинную физиономию, попытался отпереться от обвинений:
— Древин? Нет упер! Нет! Подарок!
— Подарок, говоришь? — хмыкнул я — Ты учти, по возвращению, Древин тебе ноги вырвет.
— Подарок!
— Да какой там подарок, господин — крикнул от разгорающегося костра Лени — Слушайте его больше! То-то я думаю, чего это дядька Древин по всему поселению бегал и с причитаниями под каждый камень заглядывал!
— Тикса! — вздохнул я — Как ты мог? Он ведь тебя правда прибьет.
Поняв, что провести меня не удалось, Тикса избрал другую тактику.
— Ха! Древин толька ходить, молоток таскать! И все! — Тикса напыжился, выпятил грудь и, заложив руки за спину, принялся расхаживать из стороны в сторону, изображая Древина. Получилось так смешно, что я не удержался от смешка, а обрадованный гном продолжил свою обличительную речь — Молоток нет работа! А Тикса — молоток работа! Тюк-тюк-тюк — Тикса показал на примере, как именно он работает молотком. Тут он мог не стараться — за прошедшие четыре дня это непрестанное тюканье меня уже задрало. Стучит ровно дятел, только не по дереву, а по камню.
Обреченно махнув рукой, я подытожил:
— Все равно ноги вырвет. Ладно, а камень, зачем мне под нос суешь? Что это?
— Это? О-о-о! — в экстазе гном закатил глаза.
— Очень понятно — кивнул я и шикнул на согнувшегося от хохота рыжего — Ты уже в третий раз приносишь мне камни и описываешь их как о-о-о-о, ы-ы-ы-ы и а-а-а-а. Но понятней от этого не становится. Тикса, ты язык наш учишь?