— Нет, — я покачал головой. — Во-первых, это невозможно. По ряду причин мы не можем здесь оставаться. Мы, точнее, наши тела не подходят этому миру. У нас в запасе всего несколько дней на самом деле. Поэтому я весьма сомневаюсь, что план Веора по поводу тебя смог бы осуществиться. Во-вторых… Да они же живут как пауки в банке! Чтобы хотя бы заставить себя слушать, мне пришлось бы хлыст из рук не выпускать. Так что нет, уволь, — я поднял руки и покачал головой.

— Хочу домой, — мрачно заявил Ромка, одновременно растягивая сеть мрака, чтобы задержать стремительно приближающийся к нам отряд. Правильно. Разговаривать нужно с позиции силы. Тем более что другую форму общения здесь, похоже, просто не понимают. — Там всё ясно и понятно. И там почти вся наша жизнь регламентируется Кодексом. Мало найдётся баранов, рискнувших поспорить с этой неадекватной книгой.

— Это точно, — я встал на дороге, сложив руки на груди. Мне была прекрасно видна раскинутая Ромкой сеть, и я стоял на самой её границе. Немного подумав, добавил ощущение безнадёжности в царящую вокруг пробирающую до костей атмосферу смерти.

— Ого, — Рома подошёл ко мне и поёжился. — У меня же не случайно появилось горячее желание пойти и повеситься на первой попавшейся берёзе?

— Это сродни иллюзии, но действует не на органы зрения, а на более глубинные чувства, — ровно ответил я, наблюдая, как отряд на полном ходу врезается в сеть мрака. — Ты их знаешь? — спросил я, указывая на командира отряда.

— Да, этих видел. Именно этот отряд сопровождал Веора, когда мы с ним встретились в лесу, — нахмурившись, ответил Рома.

Лошади вязли в сети, на них накатывала тревога, вперемешку с безнадёгой. Раздалось ржание и отборные маты. Кони что есть сил пытались сбросить всадников, чтобы убежать из этого жуткого места. Воины старались изо всех сил удержаться в сёдлах, и никто даже не думал потянуться за оружием. Мы минут пять смотрели за этим великолепным зрелищем, а затем я повернулся к брату.

— Ром, снизь немного концентрацию. Лошадей жалко, — сказал я и снова посмотрел на матерящихся воинов.

— Упс, — Ромка почесал затылок. — А ведь я не хотел её такой мощной делать. Говорю же, здесь дар просто сам рвётся наружу. И усилен многократно. А ещё источник почти полон, хотя дома эта дрянь в два раза слабее сожрала у меня треть резерва, — ответил он мрачно и шевельнул пальцами, уменьшая действие заклятья.

Лошади практически сразу успокоились и теперь стояли не шевелясь, опустив головы. Только время от времени по их телам пробегала крупная дрожь.