Пролог. Цена твоей свободы — Обещаю, я буду хорошей девочкой, Адриан, — шелковым, обманчивым голосом прошептала Елена, пока его железная хватка прижимала ее запястья к стене кабинета. — Я больше не трону твои тайники. Только не запирай меня. Граф лениво усмехнулся, и его дыхание опалило ее губы: — Хорошей девочкой? Не верю ни единому твоему слову, Елена. Ты всегда будешь бунтаркой. Но тем слаще будет моя победа. Он выпустил ее руки, но запер в капкан своего тела, не оставляя путей к отступлению: — Я не стану запирать тебя на засов. Но у меня есть условие. До конца этой недели ты сама придешь ко мне в спальню для исполнения супружеского долга. И отдашься мне добровольно. Без стражи и принуждения. — Приду сама?! — Елена задохнулась от его возмутительного бесстыдства, а воздух между нами заискрил от молний. — Да я скорее приглашу в свою постель стадо болотных чертей, чем тебя, Райт! Моя дверь заперта для тебя навсегда, ты никогда не увидишь меня на супружеском ложе! — До конца недели, Елена, — хищно улыбнулся он, отступая в темноту коридора. — Я жду тебя. И поверь, ты сама откроешь мою дверь. Елена дрожала от ярости и постыдного, дикого вожделения. Он думал, что победил. Но у нее уже созрел план. Она откроет эту чертову дверь и сгорит в его объятиях, но на рассвете она украдет Кровавую хартию и исчезнет навсегда. Даже не подозревая, что эта роковая ночь свяжет их навечно... Глава 1. Капкан захлопнулся Музыка в главном зале министерства гремела слишком громко, но Елена Вортон слышала лишь стук собственного сердца. Она стояла у мраморной колонны, сжимая в пальцах бокал с шампанским так крепко, что тонкое стекло жалобно поскрипывало. Она почувствовала его приближение спиной. Кожа мгновенно покрылась мурашками, а воздух в секунду стал тяжелым и удушливым. — Вы выбрали крайне неудачный цвет для вечера, графиня, — раздался над её ухом низкий, бархатный голос, от которого внутри Елены всё перевернулось. — Изумрудный делает вас похожей на змею. Которой вы, впрочем, и являетесь. Елена медленно обернулась. Граф Адриан Райт стоял непозволительно близко. На нем был строгий черный камзол с серебряным шитьем, подчеркивающий его широкие плечи, а темные волосы были слегка растрепаны. В его серых, как грозовое небо, глазах плясали опасные искры. Он открыто, с вызовом разглядывал её глубокое декольте, где на тонкой шее покоился бархатный чокер. Она знала, что он ищет взглядом — вторую половину Кровавой хартии. — А вы, граф, как обычно, верны своей репутации могильщика, — Елена