— Но это ещё не всё, — Светозаров оглядел нас, и взгляд его стал значительно более суровым. Сейчас он был тем самым Светозаровым, сосредоточенное лицо которого я впервые увидел за троном на приёме у Екатерины Алексеевны.

— Говори, не томи уж, — Креслав тоже нахмурился.

— Дело в том, что у нас планируется операция по задержанию всех аристократов, получивших так называемые накопители. И мы понимаем, что служба безопасности просто не потянет операцию такого масштаба. Три десятка накопителей, тридцать аристократических родов. Причём родов не последних в Империи. И было бы лучше, если бы нас прикрыли одновременно по всем фронтам основные кланы родовичей в империи. Потому что, по сути, это дело не только имперской безопасности. Задета честь всех кланов родовичей. Поэтому решать эту проблему, я считаю, тоже нужно вместе.

Он перевёл дыхание, взглянул на нашего сокурсника, а затем продолжил:

— У меня уже есть тридцать точек с координатами. Я уже получил согласия от Вихрева, Вулканова и Морозова. Также получил согласие от Полуночника, они будут помогать нам по ментальной части. У меня такой вопрос: вы — с нами?

— Конечно, с вами, — без раздумий ответил Креслав. — Какие точки наши?

— И ещё, — я посмотрел на Светозарова, — нам нужны представители службы имперской безопасности, чтобы всё выглядело максимально законно.

— Это разумеется, — Иосиф Дмитриевич явно повеселел. — Отдельно хочу заметить для вас, что мы хотим сделать всё как можно более бескровно. Для этого именно в операции и будут задействованы менталисты. Они фактически возьмут под контроль аристократов, заставят их вернуть накопители. И в то же время должны будут понять, кто и в какой мере замешан в предательстве и попытке государственного переворота. Потому что всех под одну гребёнку мы грести не будем. Возможно, кто-то просто получал эти накопители. А кто-то, как тот же племянник Чернышева, участвовал в уничтожении капищ непосредственно. И, соответственно, меры вины у таких людей будут совершенно разные.

— Как скажешь, Иосиф Дмитриевич. Если ты считаешь, что всё должно пройти бескровно — значит, так оно и будет.

Пришёл черёд моего деда оглядывать собравшихся.

Тут уже я взял слово.

— Мне бы тоже хотелось поучаствовать в данной операции, — проговорил я, глядя на Светозарова.

— Хорошо, — отозвался он. — И кого же вы хотите на себя взять?

— Ответ напрашивается сам собой, — хмыкнул я. — Конечно, мы хотели бы брать Чернышова. У меня, знаете ли, полгруппы на него зуб точат.

— Ну смотри, — сказал Светозаров, — в принципе, я не против. Но пообещай, что от Чернышова не останется одна только горстка пепла. Я должен предъявить его людям.