— Нет, ну, может быть, есть маги земли и у Рароговых, — я пожал плечами, — но там разная специализация. Там скорее что-то связанное со смежной силой земли и огня, лавой и тому подобным. Минералы… не знаю. Можно, конечно, спросить у деда.

— Нет, — качал головой Артём. — Здесь нужна конкретная специализация: чувствующие то, что залегает глубоко под землёй. Они хорошо находят жилы.

— Наверное, и правда надо спросить у Креслава, — проговорила Мирослава. — Он тебе не откажет, по крайней мере, скажет, есть кто или нет.

И тут я понял, что некоторое время на меня пристально смотрит Тагай. Причём мысленно он ничего не говорит, и я спросил по нашему каналу связи:

— Что такое?

Тагай усмехнулся, но ответил вслух.

— А помнишь, ты мне говорил, что была некая пятёрка? Мы с тобой ещё Белоснежка, Гризли, кажется, Тень…

— Так, — кивнул я, понимая, о чём он говорит, но к своему удивлению осознал, что события того времени начинают забываться, стираться у меня из памяти.

Та пятёрка для меня уже не была настолько реальной, как в тот момент, когда я перешёл в этот мир. Но вот сейчас он сказал, и я вспомнил.

— Ну помнишь, Гризли? Он же маг земли, и ты ему, вроде как, доверял полностью?

Все остальные за столом переглянулись.

— Что за пятёрка? — спросил Артём.

— Потом, — я выставил руку, внимательно слушая Тагая и начиная ворочать мозгами в ускоренном темпе.

— Может быть, мы найдём его? — спросил Тагай.

— Гризли, Гризли, — проговорил я. — Слушай, кажется, нет, ничего не получится. Гризли — он из тех, кто уже был на каторге к тому моменту.

Я чуть не сказал «оказался там раньше, чем я», но понял, что в таком случае лишних вопросов будет гораздо больше. А принятие в наше братство Миры и Артёма ещё не состоялось, поэтому такие тайны я не хотел перед ними выбалтывать.

— И что там? Очень серьёзно? — спросил Тагай.

— Ну, как серьёзно… Кого-то измял по неосторожности, но этот кто-то оказался с хорошими связями. Вот Гризли и загремел на каторгу по молодости, — я действительно с усилиями выдирал эту информацию из своих воспоминаний.

— Ага, — произнёс Тагай и снова уставился на меня. — Ну дык, если это не особо тяжкое преступление, так можно же и помилование попросить, если что. Мы с тобой всё-таки императрице услугу оказали. Не то чтобы жизнь спасли, но всё-таки.

— Эх, жаль, я этим вопросом я как-то не интересовался, — сейчас я действительно понимал, что память о прошлой жизни стирается.

— А зря, — сказал Тагай. — Было бы неплохо. По крайней мере, я думаю, что одного человека со статьёй средней тяжести, который никого не убил, мы с тобой вытащить сможем. И уж если он был в одной пятёрке со мной, значит, доверять ему можно.