Осадить бандитов нужно показательно, и сейчас идеальный для этого момент. Не полез бы Гром к нам, пришлось бы мне самому нечто подобное организовать.

Когда я поднялся на второй этаж, в живых остались только сам Гром и двое его ближайших подручных. Все трое стояли на коленях лицом к двери под дулами автоматов моих гвардейцев.

Я зашел в помещение, которое было, видимо, кабинетом Грома, и остановился в паре шагов от него. Ему было лет тридцать пять. Щегольские тонкие усики придавали ему скорее вид успешного клерка, чем беспринципного бандита.

Как ни странно, смотрел он не на меня, а мне за спину. На его лице все более явно с каждой секундой проступал страх.

— Какие люди, — раздался из-за моей спины издевательский женский голос.

— Марна, — хрипло выдавил Гром.

— Знакомы? — повернув голову к плечу и адресуя вопрос женщине, хмыкнул я.

— Пересекались, господин, — коротко ответила она и сделала два шага вперед, чтобы не вынуждать меня оборачиваться.

Гром бросил на меня совсем уж затравленный взгляд и вновь посмотрел на Марну.

— И как тебя угораздило на аристо замахнуться, Шадаршат? — с насмешливым сочувствием поинтересовалась та.

— Я не знал, — сдавленно ответил тот.

Марна перевела взгляд на меня, ожидая распоряжений. А я задумался.

Изначально я собирался показательно покарать Грома и оставить в живых пару его подручных, которые донесли бы весть об этой казни остальным лидерам преступных банд. Трудно придумать более доходчивый пример. Не надо лезть на аристократов ни при каких обстоятельствах, и на примере Грома это точно усвоили бы все.

Но теперь, при таком отношении Грома к Марне, можно попробовать и иной вариант.

— С ним можно работать? — спросил я у нее.

Гром вздрогнул и с надеждой уставился на безопасницу. Он не мог не понимать, что сейчас решается его судьба.

— Поручиться за него я не готова, — прямо ответила Марна.

Гром сжал зубы, но взгляда не отвел. Впрочем, и вмешиваться он не стал.

Он просто ждал нашего решения, и за одну эту выдержку его можно было уважать.

— Но если оставить в городе одну из групп наших диверсантов, то можно попробовать, — добавила Марна. — Взбрыкнет — уберут.

Я перевел взгляд на Грома. Грязноватый источник дохода для аристократа, конечно, но можно ведь и рамки ему поставить. Выхода-то у Грома все равно нет: или соглашаться, или умереть.

Гром твердо встретил мой взгляд и едва заметно склонил голову, показывая готовность к сотрудничеству. И непохоже было, что он от безвыходности так поступает.

Обычно аристократы брезгуют подобными знакомствами, хотя и не все. А за связи с аристократами не только законопослушные простолюдины готовы ухватиться, криминалу это как бы не нужнее.