«Кто это, шеф? — заволновался Мимик. — Мне надоело умирать, шеф. Ты уверен, что умеешь сражаться без магии?»

— А это мы сейчас и проверим.

— Пятнистые шакалы, — простонал орк. Он уже выудил из штанин нескладный кривой меч и встал в подобие стойки. — Как я мог забыть об этом? Они же иногда появляются в этой части автомобильного кладбища.

Нас окружили, пары глаз светились со всех сторон, хищники, напоминающие горбатых уродливых такс, сползались со всех сторон и, как говорил тренер, «брали в котёл».

— Жаль, что ты не можешь превратиться в шпагу.

— Я? — переспросил орк.

— Не. Оружием не поделитесь?

— Бери что хочешь, человек. Вон сколько хлама.

И я взял дверцу от автомобиля. Для начала отогнал от неё мелкого шакала, который отпрыгнул в толпу очень неохотно. Упёрся одной ногой в авто, другой в землю и дверь вырвал с корнем. Силы в новом теле было достаточно, не так много, как у меня, но для хорошей драки должно хватить.

Первый не выдержал седой как борода орка шакал, и прыгнув на меня, получил дверцей. Улетел в стаю сородичей завывая, и крутился там на земле, не в силах стоять на сломанных лапах. Мусорные хищники отступили, и я выбил локтем стекло в дверце — так держать удобнее, и шеи можно ломать в окошке.

— Ну и чего стоим, твари? Погнали кто кого!

«Ну ты и упоротый! — закричал мимик, — За это я тебя и люблю!»

И начался бой. Пятнистые шакалы атаковали одновременно и совсем не трусливо, как шакалы из моего мира — эти дрались яростно и насмерть. Первый прыгнул сверху, и я принял его на дверь, швырнул на землю и сверху ногой в горло для уверенности.

На орка набросились сразу трое, ну и мне долго ждать не пришлось. Я махал дверью как мечом, прикрывался как щитом, добивал ногами и разбивал бошки кулаками, а они все сыпались и сыпались со всех сторон. Стоило только оступиться или поскользнуться на скользком от крови трупе, и твари посыпались бы сверху, как конфетти и их было бы не удержать, но я держался каким-то чудом.

Новое тело не подводило, работало исправно как механизм, щедро смазанный маслом. Шакалы разлетались в стороны, умирали один за другим раздавленные, разрезанные, оглушённые, забитые. Одного даже Чибик умудрился задушить, пока тот метил мне в зад, ремень вылетел со штанов и обвился вокруг горла паршивого пса. А потом шакал захрипел и сдох от недостатка кислорода в маленьком собачьем мозгу. Я подхватил ремень и вернул в джинсы одним движением запястья.

Потом шакалы закончились. Те, что выжили хромали прочь оглядываясь, ползли с перебитыми спинами и хрипели, подыхая, а я пытался отдышаться — не до погони сейчас. Тем более что Абдула не дожил до победы.