Это должна была быть просьба.
Но это же Тайрон.
Он или продавал, или приказывал. Даже когда пытался попросить собственного сына о чём-то по-человечески, в голосе всё равно чувствовалось привычное ожидание исполнения.
Я встал с кресла и подошёл ближе к ограждению балкона. Внизу мерцала Фавора, ветер лениво трепал край рубашки. Где-то далеко посигналила машина, с соседнего балкона донёсся смех.
— Воспитывать сына — обязанность отца. Либо ты плохой учитель, либо он плохой ученик, — задумчиво произнёс я, глядя на город с высоты десятого этажа.
На другом конце Тайрон попытался что-то сказать, но я не дал ему вставить слово.
— Я всего лишь накажу его.
Глава 2
Тайрон сидел за рабочим столом, уперев локти в столешницу и сжав ладонями виски. Уже несколько минут он не смотрел ни на разложенные перед ним отчёты, ни на вечернюю Фавору за огромными окнами кабинета. В голове крутилась одна и та же мысль. Хулио… Хулио… Куда же ты полез? Сам засунул голову в пасть тигру, хотя он уже не раз пытался объяснить ему, что Виктора лучше не провоцировать. Теперь исправлять поздно. Младший сын ясно дал понять, что ответит на выпад, а значит, оставалось только ждать и надеяться, что наказание ограничится чем-нибудь терпимым.
Влезать в очередную ссору сыновей Тайрон сейчас не мог. Что бы ни творилось в голове у Хулио, тот всё равно не остановится, пока не получит достойный отпор. Возможно, Виктор действительно был прав и младшего брата слишком долго баловали. Хулио привык к фамилии, деньгам, людям, которые улыбались его шуткам и терпели выходки, и со временем начал воспринимать всё это как естественный порядок вещей. Тайрон видел недостатки сына, просто раньше они не казались достаточно серьёзными, чтобы вмешиваться. Теперь же семейные дрязги происходили в крайне неудачный момент, потому что мысли главы семьи занимали проблемы совершенно другого рода и масштаба.
Не так давно закончились переговоры с представителями нескольких влиятельных фамилий из первой сотни. Встречались без лишней огласки, в узком кругу, но пришли к редкому для корпоратов единодушию: дэ Гарро на посту президента никому не нужен. Слишком самостоятельный, слишком популярный и, что хуже всего, слишком последовательно говорил об открытии страны и разрушении существующих привилегий. В ближайшее время должна была начаться большая рекламная кампания другого кандидата. Его ещё предстояло превратить в человека, которого захочет видеть президентом средний избиратель: спокойного, умеренного, компетентного. Для крупнейших фамилий куда важнее было другое — он должен оставаться понятным, послушным и предсказуемым.