— Ага, не участвовал.

— Не было там насилия она сама.

— Угу, только под таблетками.

— С чего такое взял?

— Ага, а то я не почувствовал, что у меня тоже отрыв башки случился.

— У тебя от алкоголя отрыв башки постоянно случается. Ты в караоке вообще учудил в прошлый раз так, что я думал нас всех троих, постреляют там. Зачем столько пить?

Отлично. Значит все же верят, что я бухаю как не в себя? Я уж начал было думать, что они видят, что я только вид делаю, от того и подозревают. Чего же тогда на дело-то не берут?!

— Да, ерунда какая, ну побазарил с какими-то блатными, разошлись краями и делов-то. А вот наркотики это вообще не годится, тем более меня ими поить.

— Ну ты же отказался от шампанского, зачем вдруг выпил и когда успел?

— Случайно.

— Короче это были не наркотики. Таблетки были женские для женщин, так что все твои чудеса они не от них, а если немного от них, то я не виноват, понял?

— А-а, а эта, «та» что мне досталась, она на таблетках тоже была? А если она заявит?

— Что она заявит? Она и так тебя хотела с первого взгляда, рычала там в баре как тигрица. Мансур-ррр, — изобразил Макс рычание той девицы. — Когда танцевала думал прямо там и начнете трахаться.

— Все равно я так не хочу. У меня и по согласию нет проблем с этим.

— Ладно, понял, извини, не будет такого больше. Рассчитаться надо было мне с той телкой вот и все. Считай в расчете.

— А за что?

— За дело Мансур, за дело. Не хочу больше вспоминать, подставила она меня, теперь в расчете.

— Ладно.

Все же не верю я, скорее всего это были наркотики какие-то. Не аукнулось бы это, но теперь уже поздно, наверное, что-то делать?

— Так что с машиной, поедем смотреть? — спрашивает Макс.

— Сколько стоит?

— Я добавлю.

— Блин, а я потом, когда и как отдам? Не получается у меня копить деньги.

— Бухаешь много, потому что. Шесть стоит.

— Кто бы говорил, сам бухаешь еще хлеще. Шесть? Что-то подозрительно мало, если она такая-разтакая. Паленая поди?

— Нормальная. Все в порядке с ней. К тому же ты гаишник что тебя смущает, кто у тебя тачку отберет? Ее даже проверять никто не станет.

— Значит все же паленая?

— Манс, тебе машина нужна?

— Нужна. Давай посмотрим.

— Вот! Вот это другое дело. Машина вообще конфетка, двигатель только не родной, родной накрылся медным тазом. А железо в полнейшем поряде. Не то что гнилья вообще ни одного рыжика нет. Ни снаружи, ни внутри. По Германии ездила.

— Ну начинается, мотор не тот, потом еще чего не то. А как я все же рассчитаюсь, шесть, это вдвое больше чем у меня есть?

— Отработаешь, что ты как маленький. Я же твой друг Манс, я сказал добавлю и все будет путем.