Вот только уже поздно. Я решаю не бороться с инерцией. Наоборот, ухожу в сторону завала, выравниваю корпус, прикрываю голову. Хук англичанина, направленный мне в голову, втыкается в мою перчатку. Очень вовремя я успел ее подставить.
Перчатка пружинит удар. Но я цел, невредим, хотя и чуточку оглушен. Разворачиваюсь дальше. Огрызаюсь своим боковым правой, потом левой. Любые удары, чтобы заставить противника снова спрятаться за броней обороны. Все, опасность миновала. Эванс снова в домике.
Мы расходимся на пару секунд. Я выравниваю дыхание. Смотрю на противника. Англичанин тоже глядит на меня. Внимательно, настороженно. Следит за каждым движением.
Ну ладно, ты мой хороший, молодец, что отдал всю инициативу мне. Это большой плюс в бою с контриками. Ты сам решаешь, когда нападать.
Я снова подрываюсь на атаку, но тут звякнул гонг.
Глава 19. Наказание непослушного мальчика
Когда я сел в своем углу, Худяков сразу набросился на меня:
— Ты чего с ним канителишься? Вскрывай его чертову оборону.
Ага, если бы это было так легко. Наверное, мне просто нравится играться с ним. Млин, мне больше делать нечего, чем пропускать от противника удары?
— Он хорош, — сказал я. — Он очень хорош.
Честно говоря, он как паук. Сидел в засаде и следил за каждым моим движением. Стоит на секунду расслабиться, как тут же следует возмездие.
Худяков редко слышал от меня подобные признания. Он понял, что все серьезно. Прищурился, поглядел в угол соперника.
— Знаешь что, Витя… Возьми его своими обманками. Никто в мире не справится с твоими финтами. Настало время пустить их в ход.
Все верно. Я же заманил его в ловушку в конце первого раунда. С клиентом можно работать. Мальчик непослушный, но это с непривычки. На самом деле поддается воспитанию.
— Вообще-то я так и собирался поступить, — я надеялся, что это прозвучало ехидно.
Впрочем, на эмоции не осталось лишних сил. Мое дело сейчас — готовиться к новому раунду.
— Ты, главное, не торопись, — посоветовал Худяков, не отрывая взора от англичанина. — А то он привык в засаде сидеть. Мигом тебя прострелит.
Рефери снова вышел в центр ринга. Махнул нам, призывая к началу нового боя. Ну все, поехали.
Я поднялся. Капу в рот, кулаки сжаты. Худяков легонько пихнул в спину.
— Надери ему задницу, Витя.
И вот я снова напротив Эванса. Англичанин смотрит все также цепко и внимательно. Да, с ним надо быть осторожным. Тоже просчитывать каждый ход.
— Бокс! — рефери махнул ладонью и отошел назад.
Я тут же попробовал провести финт. Бросился на Эванса с устрашающим выражением лица. Замахнулся для удара. Как обычно, прямой левой.