— Буду, — кусая уголок папки с документами, Варя подошла к нему, — буду, Александр Сергеевич. Но, только на работе.

— И на том спасибо, — красивая ухмылка выразительной ямочкой заиграла на его щеке.

— И, вообще, я бы ввела правило: дома о работе не говорить.

— Совсем? Или только между собой?

— В идеале было бы совсем, но, я прекрасно понимаю, какая у вас должность, господин директор. И помню, что вы женаты на своей работе.

— Главное, госпожа председатель, и вы о своём правиле не забудьте.

Он легко обнял её, привлекая к себе и целуя в кончик носа.

— Я боюсь, — большие серые глаза так доверчиво смотрели на него, — а что, если я не справлюсь? Что если?..

— На все «если» скажу, что ты справишься. И у тебя есть я. И в бюджет на следующий год уже внесена статья о расходовании денег на профсоюз компании, — стащив с русой головы шапку, Березин поцеловал Варьку в макушку. — Может, плюнем на всё и рванём домой, а? А лучше в ресторан.

— Не могу, — подавив вздох, Варя теснее прижалась к Александру, — у меня еще много дел. Нужно уволиться, сдать дела, ну и завести бумаги в контролирующие инстанции. Но я освобожусь пораньше. И раньше тебя приду домой и приготовлю ужин…

Мебельная производственная компания «Берёзовая роща» вполне соответствовала своему названию. Здесь всё всегда было в рабочем движении. Иногда здание было похоже на муравейник, где у каждого была своя роль, своё дело и свои обязанности, которые все с честью выполняли. Но у Вари этот вечный поток дел, рабочая суета и бесконечные разговоры ассоциировались с ветром. Иногда это был спокойный поток воздушных масс, который создавал приятную прохладу. Бывали дни, когда по верхушкам деревьев проносился ураган. Ветер ревел, пригибая стволы деревьев так, что они задевали и кустарники, и сочную траву. Но потом всё стихало, и шелест листьев приятно успокаивал.

То, что творилось в «Роще» сейчас в двух словах описать было трудно. Всё переплелось и всё смешалось. И спешка, в которой предстояло завершить неоконченные дела, и предновогодняя суета, и праздничная расслабленность. И Варя с удовольствием окунулась в это с головой.

Она старалась не замечать косых взглядом и смешков, направленных в её спину. Убеждала себя, что ещё два, ну от силы три дня, и всё забудется. Что новогодняя лихорадка овладеет каждым, и что после праздника никто и не вспомнит о служебном романе и все переключатся на что-то другое. Например, на профсоюз и его лидера. И тогда, Варя даже улыбнулась, её {не случайный роман} с Березиным будут обсуждать ещё больше.

И почему всё навалилось на неё именно в эти, последние дни уходящего года? Столько всего. И как с этим разобраться?