— Очень жаль, — тихо говорит Пун и бьёт кулаком в живот Аспана. Который падает на колени и начинает хрипеть. — Я понятно объясняю? — Пун поворачивается к первому из друзей Аспана.
— Так точно, — медленно отвечает тот.
Странно. Ненависти ни в нём, ни во втором оставшемся на ногах я не вижу.
— Так точно, — рефреном повторяет и второй после того, как Пун поворачивается к нему с тем же вопросом.
— Можете идти, — командует Пун двойке друзей Аспана. Или вассалов?
Те удаляются.
Пун присаживается на корточки возле Аспана и начинает вещать своим спокойным замогильным свистящим шёпотом:
— Курсант Аспан, пожалуйста, дайте мне хоть одну причину, почему я не должен поступить с вами в соответствии с уставом. Подстрекательство к неподчинению. Оружие против своих. Да просто игнор меня. Вам известна хоть часть моей репутации? Выверите мне, что будете сегодня же болтаться в петле прямо на плацу? И никакие родственники вам не помогут, если сейчас, когда я досчитаю до конца, я не услышу такой причины?
Пун, не мигая, смотрит пару секунд на Аспана, потом говорит:
— Пять. Четыре. Три. Два…
— Вы понятно объясняете. — Хрипит Аспан. — Больше не повторится.
* * *
— Пуняра, ты сегодня как нельзя вовремя, — тихо говорю за обедом, сидя с Пуном за одним столом. Обедаем, понятно, вместе с первым курсом. — Я просто не знал, что делать. Куда ни кинь — везде клин. Прощать нельзя. Наказывать нельзя. Тянуть время нельзя. Ещё и Дайн тоже из Полесья. Скажут, что я необъективен… Что-то это инструкторствотут не по мне. Я бы сегодня не смог, так как ты. Не знал что делать. — Честно признаю́сь, глядя в глаза Пуну.
— Худой, ты сейчас всё усложняешь. — Пун безмятежно уплетает мясное рагу. — Устав — это, конечно, здорово. К сожалению, в этом дворянском паучатнике голым Уставом действительно можно всё свести в пропасть. Твоя проблема в том, что ты слишком привык рассчитывать только на себя. И не видишь вокруг людей, готовых тебе помочь. Например, таких, как Дайн. По нём же было видно, что он скажет и что сделает. Да и наша помощь ему была не нужна. Нужно было всего лишь дать помочь тебе тому человеку, который хотел и мог тебе помочь. Надо было просто передать слово и право следующего хода ему. Что я и сделал.
— Ты лучше меня, как командир, Пуняра. — Смотрю ему в глаза. — Особенно во всяких этих скользких психологических ситуациях. Да и не первый это раз. И ты сам это знаешь.
— Худой, ты просто слишком здоровый,- тихо смеётся Пун, глядя украдкой по сторонам. — Тебе никогда не нужно было проявлять изворотливость ума, особенно в острых ситуациях. Потому что тебе хватало силы. Ты привык рассчитывать на своё здоровье. А я — маленький, худой и невзрачный. Я вынужден уметь мыслить быстро. Ты доел? Погнали… Если б ты подумал чуть быстрее и дольше, ты бы и сам додумался…