Не исключаю, что меня сейчас читает кто-то из тех, кто эти 54 км регулярно «гулял»:-)
Примечание 2.
Червяков есть можно. Говорят, детское питание США чуть не на 60% состоит из их белка. Типа не аллерген, усваивается, дёшево и т.д.
Глава 33
Лю за ужином напоминает мне, что моихличных занятий по целительскому профилю колледжа никто не отменял.
После ужина, все дружно маршируем в учебный корпус. Далее Пун с Лю весь вечер грузят первый курс, и меня вместе с ним: Лю даёт упражнения, мы их старательно выполняем. А Пун следит за нашей старательностью.
Вначале Лю засыпает каждого кучей задач по диагностике, с поправкой на местную специфику. Какой сейчас пульс у соседа? Нет, не прикасаясь. А давление? А у второго соседа? Тщательнее, ну-ка, ещё раз. А внутричерепное? Какие зоны мозга у соседа сейчас активны?..
У кого-то получается почти сразу, к таким она больше не подходит.
У кого-то что-то не идёт. Им она даёт дополнительные упражнения, и идёт дальше по рядам.
Получаемую от каждого из нас обратную связь она со скоростью принтера записывает вместе со своими комментариями на какой-то длинный рулон бумаги, напоминающий свиток.
Через некоторое время, к ней присоединяется и Пун, записывая под её диктовку на второй рулон то, что не успевает она.
Ещё через какое-то время Лю переходит в разговоре с Пуном на свой язык, а скорость их записи, похоже, увеличивается.
У меня, кажется, диагностика получается на нормальном среднем уровне. Видимо, из-за эмпатии, которая даёт возможность чувствовать не только эмоциональный фон пациента.
На каком-то этапе, первый курс приспосабливается к ритму и типу задач диагностики, которые ставит Лю. Она чутко ловит этот момент и тут же меняет тип упражнений.
Невинная фраза Лю об «упражнениях на усвоение нагрузки» по факту оказывается марафоном и каторгой почище, чем наш забег «пять раз по шесть миль».
Теперь каждый работает с собственной нервной и кровеносной системами.
Через некоторое время мне начинает казаться, что лучше бы я вместо медицинских упражнений доктора Лю бежал ещё два раза по пятьдесят кэмэ. Там хоть всё понятно. И дело не в физической сложности. Хотя, пожалуй, всё же именно в ней…
Оказывается, центр мозга, отвечающий за приложение волевых усилий, очень нежная штука. Лично я всегда считал, что с силой воли у меня всё в порядке. Да и жизнь была такая, что только железная самодисциплина была моим самым главным инструментом в обоих мирах.
Но сейчас, после серии её задач, я физически ощущаю зону в верхней части мозга, которая отвечает за слово «надо!».