* * *
Этот раз — первый на моей памяти, когда мой первый курс добегает положенные пять кэмэ. Вернее, их местный эквивалент.
Глава 20
За нашими экзерциями, кажется, наблюдают исподтишка все, кому не лень, с разных точек. Потому что к концу зарядки в конце маршрута встречаем даже джемадара Камала, которого тут вообще быть не должно в это время. Он делает вид, что прогуливается, незаметно показывая Пуну большой палец за спиной.
Вернее, это он думает, что незаметно. Я-то бегу последним. И жестам уделяю внимания больше, чем словам.
Пока бегу, думаю. Такой темп «беременной коровы» — самое то: с одной стороны, повышенное кровообращение лучше снабжает мозг. С другой стороны, нагрузка настолько мизерная, что не потребляет лишних ресурсов мозга и организм, не требуя моих волевых усилий, управляет сам собой «в фоновом режиме».
Я поймал себя на том, что не отличаю, кто я. Я-прошлый абсолютно не чувствую себя неловко ни в чём, не смотря на феодальное средневековье вокруг. Я-Атени абсолютно не нервничаю от того, что сознанием больше чем наполовину управляет другое сознание. Интересно, а души могут срастаться, как донорский орган с организмом-реципиентом? Правда, насколько я помню изтого мира, как раз донорские органы обычно и отторгаются реципиентом. Чего ни с одной из душ лично у меня не происходит. Не додумавшись ни до чего путного, объясняю себе отсутствие метаний в душе́схожестью характеров нас обоих.
Возможно, и в физиологии мозга есть тонкости. Это мы будем проходить тут, я уже посмотрел учебники наперёд.
Кстати, мне кажется, физиологиятут вообще отличается от нашейтам . Говорю на уровне личных ощущений. Никаких медицинских или биологических знаний у менятам не было, чтоб сравнивать процессы профессионально.
Зарядка плавно переходит в получение всего «фарша» на складе, что не так просто и быстро сделать на несколько десятков человек. Впрочем, утренняя экзекуция, видимо, положительно повлияла на атмосферу в коллективе. Особых эксцессов не возникает.
Из склада первый курс, нагруженный мешками, следует в новую казарму. На территории она есть, но раньше за ненадобностью простаивала.
Двоим «пострадавшим» и шагать, и нести мешки помогают товарищи.
— Ты смотри, неужели начало доходить, — бормочет вполголоса Пун, наблюдая, как кто-то приводит двух студенток третьего с нашивками хирургов. К двум условно «пострадавшим» от рук Пуна. Вернее, ног.
Из рук третьекурсниц на доли секунды возникает какое-то туманное сияние и одна из них недовольно морщится:
— Ничего страшного. Синяки сами сойдут… Попозже.