Не могу это ощущение назвать приятным. Это ещё не головная боль, но уже очень сильный неприятный зуд под собственным сводомчерепа. Местами всё же переходящий в ноющую боль.
Через какое-то время, мой мозг частично отключается, впадая в транс, и задачи доктора Лю я выполняю на автомате. Кажется, бо́льшая часть первого курса тоже.
Ещё часа через полтора этого зуда в голове и после серии задач на автомате, у меня появляется стойкое ощущение, что я уже могу даже зарастить порез на своей руке. Экспериментировать прямо здесь и сейчас не решаюсь, при всех спрашивать Лю тоже стесняюсь. Поинтересуюсь у неё потом.
Кстати, я был не прав, считая местных дворян неженками и мажорами, не способными на усилия над собой. Судя по тому, что сейчас чувствую я, они просто ребята-кремень.
От упражнений, задаваемых доктором Лю, лично у меня просто скоро лопнут мозги. Я, конечно, не сдаюсь, но преодолевать себя каждую секунду лично мне приходится похлеще, чем когда просто бежишь через силу.
Первый курс ни грамма не скрипит, не ноет; все добросовестно напрягаются вместе со мной. Кое у кого даже лица красные настолько, что давление, еслив наших единицах, небось хорошо за двести. Начинаю их где-то уважать…
Видимо, культура преодоления себя у местных дворян всё же есть. Просто ориентирована она не на наши прикладные «бей — беги».
Наконец, с заходом солнца появляется мэтр Хлопани, обменивающийся с Лю парой фраз и забирающий меня к нам в номер. Его приход воспринимаю, как небесную манну.
По приходе в наш номер, Хлопани смотрит на меня несколько тягучих секунд, усаживает меня в центр комнаты на стул и, ухмыляясь, говорит:
— Если бы ты был стихийным магом, ты бы сейчас смог зажечь свечу, не прикасаясь к ней. Вот именно сейчас. Чем вы занимались сегодня?
— Вначале решили убить двух птиц одним камнем. Бежали пять раз по шесть миль, без воды и отдыха.
— Как успехи курса? — вежливо интересуется Хлопани, великолепно понимающий, что это упражнение рассчитано в первую очередь никак не на укрепление голеностопа.
— Я удивлён, мастер. В хорошем смысле удивлён курсом. Все бежали, сколько могли. Правда, самые слабые упали примерно на половине. Но больше половины десятка добежало. Один курсант вообще был в курсе всех деталей этого упражнения, поскольку ещё до начала спросил о помощи от обезвоживания.
— Ты принял мои слова насчёт тренировки воли очень близко к сердцу, ученик? — улыбается Хлопани, делая какие-то пассы вокруг моей головы. — И закрой глаза, они тебе сейчас не нужны…
— Ваши слова были вторым фактором в пользу этого забега, мастер. — Отвечаю, закрывая глаза. — Для выполнения этого упражнения, собственная волянужна . Её мы тоже хотели задействовать. Судя по тем упражнениям, которые нам на головы вывалила доктор Лю после забега…