— А почему себе не налил? — спрашиваю, отпивая кофе, заваренный Пуном.

— Не хочу. Сегодня не буду. До завтрака. — Односложно отвечает Пун, не прерывая размахиваний полотенцами, стоя на одной ноге.

Мне эти его упражнения напоминают одного очень любимого мнойтам актёра — Саммо Хуна — когда он развлекался с теннисными ракетками. Актёр, правда, комедийный. Снова тянет смеяться, но сдерживаюсь. Сейчас это будет не совсем правильно.

* * *

Мэтра Хлопани застаём на дуэльной площадке. Он выполняет упражнения, весьма похожие на пуновские, когда мы туда приходим в шесть сорок пять. По вчерашней договорённости, первый курс к семи приводит Валери, видимо, уже решивший свои дела во дворце. Также, к нам с Пуном без пяти семь присоединяется Лю. Пун ей что-то полночи передавал через амулет, взятый им на время под залог своего жетона на узле связи. Лю с Пуном о чем-то спорят в течение пары минут на своём языке. Возможно, их язык понимает ещё Хлопани, но он не прерывает своих занятий и никак не реагирует внешне ни на что вокруг себя.

В семь утра первый курс занимает зрительские места под руководством Валери, который коротко машет нам со своего места.

Трубачи Декана приводят вчерашнего четверокурсника.

— Поскольку оба участника дуэли приписаны к одной части, единым секундантом объявляю себя, — говорит Декан из центра площадки. — Есть возражения?

— Согласен, — доносится из угла Пуна.

— Согласен, — кивает четверокурсник.

Меня немного беспокоит то, что оппонент Пуна моего роста и моей комплекции. Это почти в два раза больше Пуна. Не то чтоб я в Пуна не верил, но именно сейчас предпочёл бы оказаться на его месте.

Ко мне подходит Хлопани и кладёт руку на моё плечо:

— Не беспокойся. Ты слишком сильно нервничаешь перед лицом столь явной очевидности.

Мозгами я понимаю, что за Пуна бояться не нужно. Но нервам не прикажешь. Вернее, психике.

— Не разочаровывай меня, ученик, — укоризненно одёргивает меня ещё раз Хлопани через минуту, и я начинаю дышать глубже и медленнее, пытаясь упражнением из учебника успокоиться принудительно.

Тем временем, Декан совместно с уоррентом лично посещает каждый угол, предлагая Пуну и второму участнику лично выбрать «инструмент» из нескольких. Лопаты несёт уоррент. Каждый из дуэлянтов берёт свою, не глядя. Впрочем, зная уоррента, это вполне обосновано.

Декан напоследок предлагает сторонам примириться, но четверокурсник отклоняет предложение, поскольку действует уже не от своего имени.

Пун и этот здоровенный парняга начинают сходиться, чтоб встретиться в середине площадки.

— Противник твоего друга очень сильный целитель, — начинает именно в эту секунду комментировать Хлопани, ничуть не считаясь с остротой момента. — Мелкие порезы и ранения он может залечивать прямо по ходу боя. Но боль он будет ощущать сильнее, из-за повышения чувствительности… Ты от него в этом бою отличался бы тем, что мог бы купировать физическую боль.