– Нет, все было по-настоящему, поверьте. Именно из-за этого я ослабил бдительность.
– Но она могла принять лекарство, чтобы вызвать рвоту.
– Да, – Себастьян нахмурился. – Тогда я не учел этого, мы были в эпицентре тропического шторма, и все выглядело чертовски правдоподобно.
– Хорошо. Предположим, ваша лодка и ваши действия вызвали подозрения. Мисс Соамс поручили вас проверить. Вероятно, она не обнаружила ничего определенного, иначе они бы начали охотиться за вами, тем более, после того, как вы видели Эрхардера. А как случилось, что она приехала в Англию и принесла часы прямо к вам?
– Убежден, что это чистое совпадение. Она явно была удивлена, увидев меня. Она сбежала, как напуганный кролик, и не хотела иметь со мной ничего общего. Если она следила за мной, как за Саймоном Дристоллом, могу представить, в каком она была смятении. Думаю, она отправилась узнавать, что делать дальше.
– Да, в этом есть смысл, и ей поручили выяснить о вас все, что сможет и завязать отношения, если понадобится. А что было потом? Конечно, она спросила о вашем вымышленном имени? Кто организовал следующую встречу – она или вы?
Я. Я принес ей фотографию. Она не слишком-то была рада видеть меня, но, когда я сказал, что это касается часов, она сменила гнев на милость. После этого она согласилась пообедать со мной. Я скормил ей историю о подделке, и, похоже, она ее проглотила.
– Без каких-либо сомнений? – полковник поднял брови.
– Честно говоря, не знаю, сэр. Мы часто виделись, и в ее поведении не было ничего необычного, пока ей не позвонил отец. Он и Рассел прямо не разлей вода, полагаю, об этом стоит задуматься, если участие Кейт в этой операции подтверждается. Он хотел, чтобы Кейт незамедлительно узнала, что Дэвиду дали работу у Севронсена. Когда же я спросил об этом, она стала враждебной. В то время я подумал, что у нее остались еще какие-то чувства к Расселу.
– Понятно, что-нибудь еще? Себастьян вздохнул:
– Нет, сэр. Думаю, что она убедилась в своих подозрениях, потому что как-то расслабилась. В последний вечер, поняв, кем я являюсь на самом деле, она искренне ужаснулась и, забыв предосторожности, дала мне понять, как много ей известно.
– А каковы ее чувства к вам?
– Не знаю. Полагаю, я должен признаться, что влюблен в нее. По-видимому, любовь искажает истину. Хорошо, что я не успел еще к этому привыкнуть, – он горько усмехнулся. – Что касается Кейт, думаю, с ней было то же самое, но скажу только, что сейчас кое-какие вещи встают для меня на свои места... Все же думаю, что-то она ко мне чувствовала, во всяком случае этого было достаточно, чтобы не уничтожить меня. Может быть, только поэтому я до сих пор жив. Не думаю, что моя жизнь чего-то стоила, если бы она передала информацию Расселу или Эрхардеру. Вероятно, нелишним будет узнать, что она собирается делать.