Стоп! А может, есть подходы снизу? Через канализацию или тоннели? Вряд ли. Уверен, мать закупорила их намертво. Уж кто-кто, а она знает систему тоннелей до последней дырки в земле. Как и дед знал. Эх, дед, дед…

Значит, дорога на рынок. Наблюдать за домом не буду — чего за ним наблюдать? Смену караула? Так, может, они сидят там неделями, а у меня нет времени сидеть неделями. Одного врага я уже упустил — мать грохнула, второго… вот-вот вернется Нед, и он ничего не будет слушать о мести и всяком таком. Сам грохнет гада. А я хочу допросить, хочу услышать о последних минутах жизни деда. Пусть негодяй расскажет, как на самом деле было. А уж потом… кстати, а как его разговорить? Надо «снадобье правды» сделать. Но это тоже на базаре куплю — травы и прочее там. И тут уже Сенерад нужен, моего уровня не хватит. Дед хорошенько выжег из нас магические способности. Не хотел, чтобы мы становились атроками. И демонологами. Увы…'

Иса отвернулся от Хранилища и пошел в сторону рынка — он прекрасно знал город, отсюда до рынка двадцать минут ходьбы. Извозчика брать не хотел — не потому, что нет денег — денег у него хватало с лихвой, не хотелось привлекать внимание. Тихо появился, тихо исчез… и никто не видел, никто не сможет его описать врагу.

Акцию Иса назначил на два часа ночи — время, когда, по поверьям, на охоту вылетают демоны. В это время охранников начинает бросать в сон, их внимание притупляется, а еще — на улицах не будет ни души. Горожане не любят ходить по городу в Час Демона.

* * *

Небольшая трезубая «крыса» мягко легла между зубьями стены — она была обмотана тканью, и лишь самые кончики крючков торчали из холстины. Из-за этого звук получился приглушенным, при всем желании его нельзя было расслышать далее трех шагов даже в ночной тишине. Тем более что дул послеполуночный ветер с моря, унося, обрывая звуки и стараясь забраться прохладными лапами под темный свободный костюм.

Подъем на стену не занял много времени. Осторожно миновав заточенные прутья и отметив для себя, что они расположены слишком далеко друг от друга, Иса подтянул веревку вверх и перекинул через ограду, спустив вниз. Скользнув до земли и прочно встав пятками в мягкую траву возле забора, послал по веревке волну и ловким движением сбросил «крысу» вниз, затем пристроил веревку и якорек у пышного куста с крупными цветами, укрыв так, чтобы нельзя было рассмотреть с тропинки. Уходить будет той же дорогой — не пробиваться же через охрану у ворот. Шатрий должен быть незаметным, как летучая мышь, — сделал свое дело и ушел, исчезнув, как утренний туман.