Впрочем, город есть город. Мало ли кто тут топчет булыжники мостовой… А что можно считать злым делом? С точки зрения коровы, человек, убивающий ее ради мяса, делает злое дело.

Лавка ювелира была темна и молчалива. Нед подошел к входу, протянул руку к молотку, но… дверь внезапно открылась, будто тот, кто за ней стоял, ожидал прихода Неда. На крыльцо вышел громадный человек, тот, что встретил Неда в первый раз. Он держал в руке фонарь, подсвечивающий изувеченное лицо. Мужчина посмотрел на Неда, кивнул ему и негромко сказал:

— Пойдемте за мной. Хозяин оставил вам послание.

Нед прислушался к тому, что происходило в доме, потом, щелкнув пальцами, зажег яркий фонарь над левым плечом.

Вокруг тихо. Сверхчувственное восприятие показало — в доме находились два человека. Один из них — тот, кто встретил Неда, второй был чем-то на него похож, имел похожий «запах» — вероятно, брат. И больше никого. Оба брата не излучали никакой агрессии, лишь опасение и готовность к любым неприятностям. Впрочем, вероятно, это их нормальное состояние — мужчины видали виды и не ждали от жизни ничего радостного. Прошел день, живы — ну и слава богам.

Длинный коридор вывел в большую комнату, посреди которой стоял длинный полированный стол. За ним — десять стульев, по пять с каждой стороны. Дорогие застекленные буфеты, шкафы, полки, заставленные фигурками людей в различных позах — Нед без труда узнал стойки боевого искусства. Скульптурки были сделаны из дерева и покрыты лаком.

— Хозяин вырезал, — заметив интерес Неда, сказал сопровождающий. — Он так отдыхал. Как будто больше нечего было делать… Вот, возьмите. Тут все написано.

Мужчина протянул поднос, на котором лежали два листа. На одном краснели печати Городской Управы, второй лист был заполнен неровным почерком. Строки съезжали, кривились, будто человек писал второпях, быстро, брызгая чернилами на желтоватый хрустящий бумажный лист.

Нед отодвинул один из стульев, сел на него, положил листы бумаги на стол перед собой и секунду колебался, что прочитать в первую очередь. Потом решил — вот этот, испещренный мелкими неровными буквами. Магический светильник сиял, как маленькое солнце, и Нед легко разбирал написанное…

'Приветствую тебя, мой друг! Или бывший друг?

Прости, я виноват. Знаю это. Но что теперь поделаешь? Так вышло. И теперь изменить ничего нельзя. Деньги — это они сделали со мной то, что случилось. И я даже рад, что ты появился. Каждый день, каждую ночь я ждал, что ты придешь, каждый день или ночь я умирал, ожидая справедливого наказания. И вот — ты пришел. Наконец-то все закончилось.