Впрочем, как и его амулет, который придется заряжать заново. Но это дело пяти минут, не страшно. Если умеешь. И если у тебя уровень магии не менее восьмого.

Через двадцать минут они были возле дверей своего дома-крепости. Стучать не пришлось — оба брата-охранника ждали у дверей. Они с интересом смотрели на приближение окровавленного, но победоносного отряда, и оба, когда Нед приблизился к дверям дома, отдали ему воинский салют:

— Славься, хозяин! Слышали-слышали о вашей эпической битве! Все живы? Слава богам. Мы приказали нагреть воды, давайте мыться, ужинать — у нас все уже почти готово! А это что за придурок?

— Кто Броскан, а кто Моран? — осведомился Нед, пытаясь понять, кто есть кто.

— Я Броскан, — улыбнулся тот, что слева, — видите, у меня пол-уха нет? Вот. У Морана оба уха целы. А меня один мерзавец пять лет назад куснул.

— У нас есть комната — тихая, с каменным полом? Мне нужно допросить этого негодяя.

— Хм… есть, — кивнул охранник, — давайте мы его оттащим. Отдыхайте, ребята, мы сами.

— Вы поосторожнее с ним, смотрите, чтобы не очнулся. Парень серьезный, — предупредил Нед, глядя, как Васаба и Харалд с облегчением сбросили свой груз на руки охранникам. — Проверьте у него карманы. Все, что похоже на оружие и не похоже, убирайте. Он очень, очень опасен, имейте в виду.

— Поняли, господин! — усмехнулись оба брата, лукаво глядя на Неда. Мол, кому говорит? Этого дохляка на ладонь положить, другой прихлопнуть — и мокрого места не останется!

Охранники исчезли внутри дома, отряд начал медленно втягиваться за ними. Последним зашел Харалд, внимательно оглядев улицу, на которой не было ни души.

Горожане, похоже, обладали способностью чуять неприятности и попрятались — так, на всякий случай. Однако через полчаса улица уже шумела. Шли прохожие, катились фургоны — жизнь вступила в свои права. Люди обсуждали происшедшее в нескольких кварталах отсюда, показывали на дом, в котором исчезли «виновники торжества», и людская молва сходилась на том, что в городе грядут перемены. Какие? Никто не знал. Правда, любые перемены не к добру: обязательно прольется кровь, обязательно последуют неприятности — и не только для участников этих перемен, но и для случайных людей, которых волей-неволей втягивает в себя водоворот жизни, не спрашивая, хотят ли они в него окунуться.

* * *

— Как я устал! — простонал Игар, опускаясь в кресло. — Тебе хорошо, Магарка, плюнул огненным шариком, кинул гадкое заклятие, и гуляй себе, поплевывай! Если бы ты знал, сколько силы вытягивает лечение!

— А ты попробуй кинуть хотя бы «почесуху», — взъярился Магар, — тогда и будешь говорить, кто больше сил тратит! Откуда ты знаешь, сколько я трачу?