Значит, Окуловы что-то скрывают. Нечто, требующее огромных вычислительных мощностей. Вероятно, «Купель». Такая программа должна требовать колоссальных ресурсов для моделирования нейронных связей и перепрошивки сознания миллионов пользователей.
— Вижу, вы расширяете серверную, — заметил я, указав на ряды новых модулей, которые сооружались вдоль одной из стен похожими на муравьёв роботами. — Не хватает мощностей?
— Подстраховка на будущее, — ответила София. — Системе постоянно требуются апгрейды, ведь прогресс не стоит на месте.
— Понимаю. Весьма предусмотрительно.
Я остановился возле одной из стоек, притворяясь, что изучаю индикаторы на передней панели. На самом же деле выпустил тонкую нить своего Дара, направляя её в глубину серверной архитектуры. Вокруг меня закрутились потоки кода — миллиарды строк, похожих на сотканную из света паутину.
Обычный человек, даже с имплантом восьмого уровня, увидел бы только интерфейс управления. С фальшивыми показателями, маскирующими истинное состояние узла. Я же, благодаря своей аномалии, осознавал саму суть — цифровую душу этого места.
Защита была серьёзной. Первый слой — файрвол с очень агрессивными протоколами ответа. Второй — система обнаружения вторжений с искусственным интеллектом, анализирующим каждый проходящий через узел пакет данных. Третий — криптографическая защита, которую не взломать простым перебором: ключи менялись каждую миллисекунду, синхронизируясь с магическим кристаллом-матрицей.
Я начал аккуратно прощупывать третий слой — словно пытался продеть нитку через игольное ушко, не задев краёв. Каждое моё движение должно было быть идеально точным, чтобы не вызвать срабатывания сигнализации.
— Всё в порядке, господин Симонов? — спросила София, заметив, что я задержался у стойки.
— Да, — ответил я, не оборачиваясь. — Просто у вас очень необычная архитектура. Кто проектировал эту систему?
— Мы сами, — в голосе Софии послышалась гордость. — Клан Окуловых не доверяет чужакам такие вещи.
— Разумно, — кивнул я, чувствуя, что нащупал трещину в защите.
Маленькую, почти незаметную. Она была, как тончайшая былинка, натянутая между файрволами. Мне удалось обнаружить её только благодаря аномалии. Я, и правда, был универсальной цифровой отмычкой. А с новым имплантом мог оперировать куда большим объёмом пневмы, чем на Турнире.
Я двинулся дальше, углубляясь в серверную. София шла следом. Её каблуки цокали по чёрному камню, контрастируя с монотонным гулом вентиляции.
Когда мы прошли мимо трёх рядов стоек, я попытался прощупать глубинные слои окружавшего меня киберполя. И почти сразу наткнулся на пульсирующий, извивающийся и дышащий код. Он был одновременно цифровым и живым. В нём чувствовалось нечто родное, но при этом чужеродное и опасное. Как будто в любимое лакомство подмешали яд.