Теперь главой семьи стал мой бывший друг, но главой какой семьи? С уничтоженной репутацией, замороженными и отобранными активами, и полным недоверием бывших партнёров — вот какой.

Нанеся решающий удар по Годуновым я, фактически, уничтожил всё, к чему они так долго шли — вот только не чувствовал никакого морального удовлетворения от содеянного.

Никаких эмоций — ни положительных, ни отрицательных. Просто звенящая пустота.

— Ты можешь поверить, что такая жесть творится при нашей жизни? — спросил Вилен, прервав мои размышления.

Мы с редактором сидели в его офисе. Задорский, в последние дни заваленный работой, пригласил меня на обед, а так как мне ничего не оставалось, кроме как ждать дальнейших шагов Годунова — я согласился.

Безвылазно торчать дома — то ещё удовольствие, а в связи с усиленными в городе мерами безопасности, спокойно улететь в тот же Пекин я не мог. Воздушное и гиперпетлевое сообщение в городе ограничили, и теперь требовалось пройти столько проверок, прежде чем покинуть границы гигаполиса, что оставалось только махнуть рукой и запереться у себя в особняке.

И сидеть там до сегодняшнего дня, изредка обмениваясь сообщениями с Алисой.

Моя блондинка находилась в полнейшем шоке, и помимо того, что и сама не была расположена к беседам, также попала под усиленный контроль брата, чуть ли не съехавшего с катушек.

Он полностью изолировал её в загородном доме, окружив девушку целой ротой «Атласов», чей контракт был проплачен Годуновыми до конца года. Корпоративных бойцов взламывать я не решался — всё же это не личная охрана семьи, а куда более серьёзные ребята с довольно мощной системой защиты. Так что за их перемещениями следить не получалось, и приходилось довольствоваться лишь тем, что сообщила мне непосредственно Алиса.

Главное — девушка была в безопасности, и это меня полностью устраивало. До поры, до времени.

— Могу, — закончив обдумывать происходящее, ответил я, — Видал вещи и похуже. Это ещё… — я щёлкнул пальцами, подбирая слово, — «лайт» версия происходящего.

— Ничего себе «лайт»! — возмутился редактор, — Меня на улице только сегодня дважды остановили патрули «Оборонэкса»! Корпы роют землю и пытаются найти того, кто заварил всю эту кашу, люди из квартир боятся выходить — а ты говоришь «лайт»? Вы с Алисой ведь… — он наткнулся на мой предупреждающий взгляд, и поправил себя, — Вы с Годуновыми ведь в хороших отношениях всегда были. Неужели тебя не волнует, что с ними произошло, и по чьей вине это случилось? И почему, чёрт побери, на смерть отца Пети так отреагировали корпы?