Но Вульфс был уже рядом. Вокруг мага вспыхнула полусфера хаоса, которая выжгла защитную воздушную магию.
Огонь, истощив себя и магию воздушника рассеялся, и Алекс встретился глазами с мужчиной лет тридцати, который с ужасом пытался что-то сделать. Хотя возраст магов странная штука. Ты можешь выглядеть на тридцать, а быть тебе может все сорок или пятьдесят.
Вот только было уже поздно. Меч с силой обрушился на его руки, прерывая заклинание.
От боли в покалеченных конечностях враг замер, что его и сгубило. Жертвенный кинжал, как влитой вонзился прямо в место расположение энергетического ядра.
Кинжал взвыл от радости, начиная выкачивать суть энергетического тела жертвы и ее жизненную энергию. Маг содрогнулся и обвис на кинжале, Алекс склонился над ним, дожидаясь окончания пиршества жертвенного ножа.
Алекс встряхнулся. Убивать магов было невероятно приятно. Тело чувствовало неестественную бодрость и силу, а энергетика аж искрилась от пришедшей энергии.
Постоялые дворы пылали столь сильно, что ни о каких выживших говорить не приходилось.
Рачительные наемники вытаскивали уцелевшие припасы и лошадей Шестоперов, не желая отдавать их городу. Где-то в стороне кучковалась городская стража, не решающаяся влезать во весь этот ужас. Они ясно видели численное превосходство, да и выучку тоже.
А то, что ландскнехты не грабили их город, давало им надежду, что все обойдется.
Закончив сборы и обобрав павших, Крылатые Висельники двинулись из города, который был отлично освещен гигантским пожаром.
Глава 35
Алекс устало прислонился к дереву. Рядом под прикрытием кустов застыли его бойцы. Многие кутались от утренней прохлады в плащи. Висел низенький туман, скрывающий ноги, стоявших чуть дальше солдат.
Удобно, когда ты четко знаешь, когда в конкретном месте появятся нужные тебе люди, чтобы ты мог организовать на них засаду.
Единственное, что раздражало, это ожидание и ранняя побудка. Пришлось вставать и расставлять людей, смотреть чтобы все спрятались максимально качественно и при этом знали последовательность действий.
Теперь же, стоя в холодном лесу, Алекс невольно задумался на своей жизнью.
Правильно ли он поступал? Что привело его к этому моменту?
Вульфс мог решительно сказать, что до появления в его жизни этого мира, все было, в целом, прекрасно. Он не предавал, старался не лгать и за тридцать лет никого не убил, хоть иногда и очень хотелось.
Можно ли сказать, что этот мир поднял в нем самое плохое? Или он изначально имел в себе весь негатив и переход лишь позволил этому вскрыться?
Алекс всегда старался занять мозги, чтобы подобные мысли не мешали ему жить. Самокопание и рефлексия — это путь в никуда. Они не помогают, а лишь ослабляют человека.