Дурной пример заразителен. Одно за другим королевства бросались друг на друга в яростных попытках уничтожить и захватить власть. Словно рушащийся карточный домик мир и порядок сменились на мировую войну.
Запад, восток и Север вспыхнули кровопролитными сражениями, захватами и осадами замков, сгоревшими деревнями и трупами. Последние в огромных количествах стали лежать на полях и дорогах на поживу воронью. Часть из них восставала или перерождалась, неся смерть выжившим.
Единственный, кто стоял в стороне, были южане. Но им не долго осталось радоваться. На границах наметилось странное шевеление орды зверолюдов, да и эльфы что-то явно задумали.
@Тут был Чеширский Кот (=^ ? ^=)
Глава 10
Рухнувший с небес болт со свистом вошел буквально рядом с ногой одного из сидящих возле костра бойцов.
— Да етить тебя через плетень! — от испуга солдат опрокинул на себя тарелку с похлебкой и рукой съездил по лицу рядом сидящей шлюхи.
– Бу-га-га! — заржали его товарищи, потешаясь над неудачливым товарищем. Продажная женщина, обиженно вытерев разбитую губу, подсела к другому солдату, который смачно ее поцеловал.
Другой боец достал лютню и начал наигрывать какой-то веселый мотивчик.
Наемники не боялись, что следом прилетит еще один болт. И так, этот выстрел был сделан вслепую по вражескому лагерю из «скорпиона, уменьшенной версии баллисты стреляющей длинными стрелами.
Защитники таким образом пытались атакующим не дать расслабиться, но по факту тратили в пустую боеприпасы. Попадания даже по палаткам были редки, не говоря уже о людях. К тому же, здесь собрались опытные вояки, которые давно привыкли к смерти.
Когда ты живешь чуть ли не в обнимку с серой госпожой, то начинаешь смотреть на жизнь проще.
До штурма было еще время пока один чернокнижник не подготовит ритуал, который поддержит атакующую армию.
Да и могло ли быть иначе. Горлышко у бутылки было сломано и джина нельзя было вернуть в бутылку.
Война всех против всех шла уже три года и не было у нее конца.
– Эй, Рейнерд. А сколько ты уже воюешь? – один из обычных наемников поинтересовался у жутковатого вида сержанта, чью рожу пересекал уже заживший, но оставивший страшный рубец, шрам.
— Да сколько себя помню! – засмеялся в далеком прошлом сержант Чудовищных. — Лет пять уже, как наемник. – окружающие уважительно переглянулись. Жизнь ландскнехтов не была безопасной. Даже несколько лет в столь опасном бизнесе считался внушительным сроком. Те наемники, что жили своим ремеслом десять или пятнадцать лет считались легендами. Ну или невероятно удачливыми и живучими «сукиными сынами».