Все, кто был по рангу ниже рыцаря уже погибли, или от точного огня мушкетов или сраженные клинками, копьями и алебардами наемников.
Но рыцари и паладины отказывались умирать до того, как покарают тех, кто ударил им в спины.
Доспехи были истерзаны и поломаны, единственное, что поддерживало в них жизнь была внутренняя и божественная энергия.
Они насквозь прорвали строй ландскнехтов, раскидав их словно псов. И солдаты удачи устрашились столь страшного самопожертвования, отступив.
Но подобные истории отнюдь не всегда заканчиваются хорошо для храбрецов.
Выйдя с другой стороны строя, оставшиеся в живых паладины и рыцари уставили в полностью готовые к бою две сотни мушкетеров.
Залп стал для них тем, что они уже не смогли вынести. Стоило дыму рассеяться, то стало ясно, что на ногах остался стоять лишь один.
@Тут был Чеширский Кот (=^ ? ^=)
Глава 2
Судя по чудовищному ореолу божественной магии вокруг, тот был как бы не святым лордом. Он не мог двигаться из-за тяжести повреждений. Лишь стоял на месте, покачиваясь, и прожигал врагов оставшимся целым глазом. Второй вытек, оставив кровавый провал на том месте, где должен был быть глаз, отсутствовала и кожа на той стороне черепа.
Командир мушкетеров, человек, который по словам людей его знавших, никогда не имевший благородства, впервые наклонил голову в знак уважения противника. А затем отдал приказ второй линии разрядить семьдесят пять мушкетов по этому воину, отдавая таким образом дань уважения. А также опасаясь, что пары выстрелов может не хватить.
— Штыки! — мушкетеры привычно после перезарядки вытащив из ножен штыки, надели их на мушкеты и двинулись вперед, протыкая любое мертвое тело, удостоверяясь, что оно больше не встанет.
Не забывали они и о мародёрстве. Старые привычки трудно изжить.
Изредка притворившиеся мертвыми орденцы пытались схватить или ударить наемников, но те были ловкими ребятам, к тому же одетые в броню. Слабые удары бессильно отскакивали от их доспехов.
Там, где церковник еще представлял опасность производился выстрел, окончательно ставящий точку в этом вопросе.
Позади двигались наемники. Никто из них не рисковал подойти к телам павших раньше спецотряда. Этому было простое объяснение, они не хотели, чтобы эти суровые воины, помножившие на церковников, подумали, что они хотят украсть их добычу.
К тому же, мечи и доспехи так и оставались лежать на земле, люди Шмидта собирали лишь монеты, кольца и легкие драгоценности, складывая эту мелочевку по сумкам, расположенным на поясе.
Остальное вооружение собирали специальные команды. Немецкая бережливость не собиралась упускать столь дорогие вещи, как доспехи и оружие, из своих рук