Наряд здоровяка Вейна оказался мне великоват — одежда болталась как на вешалке. Вкупе с больничкой раскраской я стал походить на настоящее полевое пугало. Только…серпа в руке и не хватало. Усмехнувшись, я вспомнил, как в детстве, прячась от травли соседских мальчишек, часто убегал на кукурузное поле. Заросли, высотой в полтора человеческих роста, помогали мне с легкостью уйти от преследователей. К тому же нормальные люди этого места боялись. Хозяином поля был один сумасшедший старик, любивший приложиться к бутылке виски и самокруткам из дурман-травы. Это мерзкое пойло он как раз и гнал из своей кукурузы. Однажды мне довелось его попробовать — честное слово, в первые секунды я был полностью уверен, что у меня сгорели все внутренности… Посреди поля старик установил монструозную конструкцию-пугало: три метра в высоту, металлический каркас и куча пружин от мобилей — вместо ног. Весь этот ужас был облачен в гнилые холщовые тряпки, поверху потрепанный кожаный плащ, а на голове широкополая республиканская шляпа. Из-за особенностей конструкции пугало двигалось от малейшего ветра, при этом издавая ужасные скрипучие звуки. Вкупе с жуткой улыбкой, намалеванной на ржавом лице, и старым серпом в руке картинка создавалась крайне устрашающая. В окрестных деревнях ходили слухи, что пугало это вовсе не простое — в нём заключен то ли призрак, то ли мелкий проклятый демон, и раз в десять лет оно оживает, чтобы охотиться на детей и поглощать их невинные души. Не знаю, было ли это правдой — при мне "Джек" никогда не шалил, скорее наоборот излучал добродушие и спокойствие. Прячась в его тени, я чувствовал себя защищенным.

* * *

Закончив с экипировкой и детскими воспоминаниями, я вернулся в корпус "альфа". У групп "Е" и "F" как раз закончилась пара "Ментального Плана" и, теперь, пройти этой испытание предстояло сдвоенной команде групп "А" И "B".

Слегка позеленевший Петер с радостью встретил меня на задней парте аудитории номер 601. Она располагалась в объемной кирпичной башне, росшей как поганка, на крыше центрального корпуса. Башня имела прозрачный купол, открывавший чудные виды на бархат ночного неба. И это при том, что снаружи стоял день, а всё небо над институтом было затянуто черными дымными тучами! Очередная загадка ИМПа, объяснять которую никто не собирался…

Я плюхнулся на скамью рядом с Петером и, только сейчас, увидел, что он не совсем в порядке: его левая рука висела в лубочной повязке, а на затылке виднелись следы зашитого рассечения. Странно: мне казалось, что в драке он не пострадал.