Тут я не выдержал и тоже начал ржать.

— Вот-вот! — подтвердила Олла. — Так ведь эта девочка-некромант-то, оказывается, с самого начала была в главного героя влюблена!

— Однако, — хмыкнул я. — Каков план! Ну и что дальше? Некромантша исцеляет дочку алхимика крутой алхимией, и они живут втроем?

— Если бы ты писал, так бы и было, — улыбнулась Олла. — Но нет, я в конец заглянула, там все по-другому совсем. Дочка алхимика умирает, некромантша забирает ее тело и они начинают жить вместе с главным героем!

— Охренеть… — потрясенно сказал я. — Вот так запросто?

— Да не говори.

— Значит, все-таки большие сиськи… — пробормотал я.

— Ну, не всем же так нравятся сиськи, как тебе, — серьезно сказала Олла. — Может, попа большая.

Мы расхохотались оба.

Надо же, и вот над этим ревут и Ройга, и Тея, и еще куча другого народа! Воистину, чужая душа — потемки!

Так мы и хохотали, когда в столовую ворвалась Игнис. Она была одета в свою «рабочую униформу» мага Воздуха: нечто очень похожее на ее фронтирный кафтан, только более сложного покроя, по местной моде. Серо-голубое с серебристой вышивкой. Как всегда все безупречно, ни пылинки — на мага Воздуха пыль не садится, если он сам не захочет. Но что-то в ее облике безошибочно подсказало мне: она только что из патрулирования.

— Влад! — отчаянным тоном воскликнула Метелица. — У меня кровь!

И начала сползать по косяку.

У меня, кажется, сердце остановилось на секунду!

Я бросился к ней почти так же быстро, как некромант под Смертью, мне показалось, вообще моментально. Успел подхватить до того, как она сползла на пол. Ну что, плакали плоды моих усилий?.. Да пусть бы плакали, лишь бы с самой Игнис все было в порядке!

Я машинально окатил ее Жизнью «по площадям» — довольно глупая затея, учитывая мой опыт с Теей, но из песни слова не выкинешь — и только потом начал диагностировать. И вздохнул почти с облегчением.

Подхватил ее на руки, хотел положить на диван, наплевав на обивку, но Олла уже успела подстелить какое-то полотенце. Люблю ее быстроту реакций и присутствие духа! Впрочем, крови было совсем немного, а сползла Игнис явно только потому, что перенервничала.

— Все неплохо, — сказал я коротко. — Худшего не произошло. Помнишь, я говорил, что организм может сам избавиться от одного или нескольких зародышей? Вот, это как раз случилось. Причем как раз от нижнего, который был расположен наименее удачно. Два других на месте и растут.

— Два других? — ахнула Олла.

Ну да, я ж не говорил никому. Медицинская этика и все такое.

— Да, у меня тройня… — сказала Игнис мрачным тоном. — Была.