Пока Иван стоял мрачной статуей у окна, брат лениво перебирал бумаги в другой папке. Поняв по напряженной спине, что император совершенно не в духе, флегматично высказался:

– Руководство “семеркой” придется менять. Может быть, вообще всю верхушку перетасовать. Они не пытаются найти ответы на вопросы, а подгоняют ответы под наши пожелания. Абсолютно непрофессионально.

– О чем ты?

– Дело сверстано белыми нитками. Протоколы допросов как под копирку. Никаких серьезных зацепок, все со слухов и сплетен, собранных в городе. Да, был такой. Работал. Ни в чем особо не замечен, числился благонадежным. На него даже в участке урядник рекомендацию написал для поступления в университет.

– Урядник? А вот это ты видел? – император выдернул из кипы листков нужный и помахал в воздухе. – Опрос Козлова Федота Тихоновича, пятидесяти восьми лет. С его слов записано верно. И тут ничего про благонадежность нет.

– Кто был дознавателем? Все тот же Шипилин? И что же там было во время беседы, что урядник уже какой день дома с мигренью лежит и на службе не появляется?.. Знаешь, я бы подождал с казнью. Или послал пока на каторгу бедолаг, пока во всех деталях разберемся.

– Нельзя их на каторгу. Церковники в голос взвоют. Они хоть и не признали в парочке колдунов, но очень их опасаются... Но я тебя не просто так пригласил, Николай. Что там у тебя за бумажки такие интересные? И откуда ты про мигрень узнал?

Усмехнувшись, младший брат самодержца встал с другой стороны стола и начал рассказывать о собранном пасьянсе.

– Откуда я мог узнать? Потому что не складываю все яйца в одну корзину. И когда ты попросил потрясти контрразведку на тему нежити, то выдернул человечка, который уже в этом деле мелькал. Деев, Михаил Дорофеевич. Мой лучший бульдог. Именно он с убитым липовым купцом в Великом Новгороде разбирался. И вот этот уважаемый господин нарыл мне чуть-чуть фактиков. После которых красивый пазл из седьмого делопроизводства совершенно не складывается. Давай смотреть.

Указательный палец уперся в первый листок:

– Значит, трусоват, так? В задних рядах зомби гонял, вперед не лез? Кто тогда с монахом ночью атаку возглавил? В штабных документах про это умолчали. Потом уже с побережья друзей и знакомых в пески выпнули, чтобы наградить за храбрость. Но что было на самом деле – в Бенгази молчат. А демобилизованные добровольцы по всей стране разъехались, их еще найти и опросить нужно. Кстати, первое представление на “георгиев” под сукно ушло. Новые наградные подписаны только на офицеров. Как так?.. Ладно, пусть на месте виднее. Но германцы кресты выдали каждому, кто после бойни выжил. И я не про штурмовиков говорю, а про остатки роты капитана Седецкого. Чей первый рапорт заволокитили по итогам.