Попрощавшись, Макаров постучал в хлипкую дверь, дождался горбуна и пошел дальше. Гиена сунулась в ноги к девушке, фыркнула и побежала следом. Сашенька же смотрела вслед уходящим и думала: вот как обижаться на человека, который только ее лично трижды спасал? С нежитью в больнице, где чуть богу душу не отдала. Потом под обстрелом, прикрыв от шрапнельных разрывов. И ночью, когда ради всех с колдунами пошел рубиться первым. Никак нельзя на него сердиться или обижаться.

Главное – что он на нее зла не держит. И больше волнуется, чтобы никаких кривотолков не было. Одинокая незамужняя девушка среди солдат, о таком обязательно судачить будут. Вот и держится как можно дальше, а она уже нафантазировала.

И про сословия зря Сергий беспокоится. Никогда Сашенька его босяком считать не будет. Как это можно – единственного некроманта на всю Империю – и босяком? Наверняка дома орден получит, официальный чин. Чтобы власти одаренными разбрасывались? Выдумки это...

Поднявшись, отряхнула успевшую налететь на платье пыль и пошла назад. Историю болезни нужно закончить. У каждого свое дело: ей больных обихаживать, а Сергию лагерь охранять.

* * *

Пятого сентября сначала в Российских имперских газетах, а позже по всему миру было опубликовано совместное коммюнике. Рейх с момента начала поставки продовольствия прислал в обе русские столицы новинку: экспериментальные машины для передачи даггеротипных изображений. Поэтому в этих странах газеты пестрели снимками, полученными прямо с места событий. Герр Кляйн не просто на присланном дирижабле спешно прибыл в Берлин с докладом, но заодно успел и неплохо заработать вместе с фотографом, сопровождавшим его в поездке.

Изображения бравых солдат с гигантскими гиенами вместо псов, измолотые пулями и снарядами окопы, ряды каменных холмиков, отмечавших могилы вдоль бесконечной череды дюн. Гигантский лагерь военнопленных. Дикари с копьями, гордо позирующие рядом с бывшими английскими пушками. И аршинные буквы передовиц:

“Полное уничтожение армии зомби! Сахара от края до края считается новой колонией Рейха! Колонна грузовиков с поселенцами отправляется по новым дорогам в Тазили! Ура, господа! Виват!”

Официальный приказ Вильгельма Пятого: Август фон Шольц утвержден в должности военного губернатора южной Сахары, ему дарованы все земли в районе Тазили и южнее “дабы крепить границы и соблюдать установленный порядок во веки веков”. Фото скал и семейный штандарт рядом с имперским флагом. Звание оберстлейтенанта и список наград, золотым дождем пролившийся на штурмовую роту. Отдельным пунктом: все участники добровольческий войск под командованием капитана Седецкого награждены крестом Фридриха Августа за выдающиеся заслуги и беспримерное мужество.