* * *

В отличие от ликующих Берлина и Нижнего Новгорода, в Лондоне царил траур. В штаб-квартире министерства обороны пытались лихорадочно собрать воедино свежую информацию, чтобы предоставить новый план в парламент. В это же время прямо с прибывшего курьерского дирижабля в закрытый клуб привезли Чарли Флетчера. Солдатам выдали денежное довольствие у трапа, билеты домой и спровадили с глаз долой. С Флетчером же очень серьезные люди хотели побеседовать “без чинов”. И не важно, что больше половины занимают то или иное кресло в правительстве. Здесь и сейчас нужно было понять, кто виноват и что делать. На генералов надежда маленькая, генералы уже эпично обгадились. Поэтому придется разбираться самим.

– Чарли, тебя будут топтать. Да и меня не забудут, – вздохнул премьер-министр сэр Девид Роуз, медленно идя по коридору в сопровождении бледного худого мужчины. – Скорее всего, подождут, как уляжется волна и отправят в отставку. Такой провал не забудут никому.

– Хотите сказать, не только меня назначили козлом отпущения?

– А как ты хотел? В газетах фото захваченных в плен британских офицеров. Боши глумятся, тиражируя даггеротипы лагеря пленных и цитируя императора: “мы не уничтожаем проигравших, мы подарим им обратный бесплатный проезд”. Проклятые ирландцы работают теперь на врагов, помогая им строить дороги и крепости! У нас под боком в желтой прессе спрашивают, каким образом кучка отщепенцев смогла уничтожить сначала десятикратно превосходящие их силы с лучшими офицерами во главе, затем вырезала орду зомби и теперь гонит банды мародеров к французским границам... Чарли, нам бы простили многое, но не полный крах детальных планов, за которые заплатили сотнями тысяч фунтов. По твоей рекомендации гору имущества отправили в пески, для поддержки наемников. И это все попало в руки врага. Грузовики, амуниция, оружие, продовольствие. Я всего не перечислю. Скрягу Мэрсера хватил апоплексический удар, когда ему сообщили цифру убытков. А он был один из многих, кто вложился в Африканскую кампанию... Поэтому – будь готов. Тебя хотят распнуть, но сделают это тайно, чтобы окончательно не похоронить остатки уважения к правительству.

– Понял. Хотя я всего навсего выполнял свой долг.

– И твоя подпись стоит под телеграммами, которые заботливо собрали в папочку... Мой последний совет – сделай вид, что смирился и раскаиваешься. Вали все на вояк, из них выжило несколько человек и сейчас они никому не интересны. О будущем поговорим позже, когда поутихнет. Сядешь в родовом поместье, переждешь опалу, дальше будет видно. Надо перетерпеть неприятное время.