В том бою мы потеряли одного из парней Сереги и эльфа из охотников Этерра-Габрианиэля. Еще один боец получил довольно тяжелые ранения. Еле дотянули. Даже не смотря на оперативное вмешательство Алисиэль Вавиловой и Ольги Севастьяновой. Однако все-таки довезли. И уже сдали на руки местной резидентуре. Обещали вытащить.
И вот, как только мы попарились в баньке, и собрались поесть нарисовалась пятерка напыщенных остроухих пижона.
— Так, а ну-ка тихо! — хлопнул наконец по столешнице ладонью я, призывая к порядку. — Дайте человеку… Ну, остроухому в смысле, выговориться! Слушаю, уважаемый!
Последнее слово я выделил особо, чтобы у него ни на секунду подозрения не возникло, что я это всерьез сказал. А то взяли в моду честных людей и прочих разумных от заслуженной трапезы отвлекать да еще и в столь ультимативной форме.
— Нам. Нужна. Она.
— Да ты сошла с ума, — выпалил я. — Вернее сошел.
Однако шутки эльф не оценил. И на попятную не пошел. Придется объяснять доступно.
Глава 23
Глава 23
— Она пойдет с нами! — гордо и надменно повторил длинноухий… самоубийца.
Его последователи столь же гордо и надменно, но явно согласно с командиром, молчали.
— Угу! — буркнула Алисиэль и вновь уткнулась в тарелку, оратора явно больше слушать не желая. «Фу, как не вежливо!» — хмыкнул про себя я. По ее же душу, в конце концов, пришли, а она и выслушать не желает!
— Этерра-Габрианиэль *тут много слов и титулов*, — на мгновение сконфуженный, но тут же вернувший на морду лица налет величия, продолжил посланец. — Именем Тарантаниэля *еще больше титулов и перечислений каких-то старых заслуг*, требую от тебя подчинения и содействия! Ныне мы отвечаем за принцессу!
Фррр!
Алисиэль аж прыснула в тарелку какой-то похлебки на травах, услышав такое заявление. Да и я маленько… удивился. То изгоняют, головы требуют, что характерно, отдельно от тела, то «берем под охрану принцессу». Фыркать я, правда, не стал. За время, пока гонец, так и не пожелавший представиться, перечислял все «звания и регалии» я успел доесть предыдущее блюдо и концовкой наслаждался уже потягивая взвар, с наслаждением думая о следующем. Блюде, естественно.
Невольно покосился на нашего осеннего листа восьмой пятерки от корня дубового. А ну как у него чего взыграет… а зачем нам бунт на корабле? Бессмысленный и беспощадный. Я, конечно, в курсе, что, перед тем как запустить боевую пятерку охотников на Землю, Контора озаботилась их лояльностью. Но мало ли чего сейчас взыграет. Тот покосился на меня, легкая улыбка тронула его губы и… этот засранец мне натурально подмигнул! Чем, мягко говоря, удивил не только меня, но и посланца.