Усмехаюсь, натягивая плащ. Да уж, чувствую себя прямо звездой. Не первой величины ещё, но уже с «фанатами». При том часть из них, если от Бороды, то намерены меня прикончить. Ну, пусть пробуют. В любом случае, пора сваливать из гостишки. И желательно так, чтобы не вести весь этот зоопарк за собой.

Но сначала свяжусь с бабушкой. Не могу же явиться к ней домой с таким эскортом. Лучше встретимся где-нибудь в людном месте — на рынке или в парке. Там безопаснее, и хвосты не смогут подойти близко.

Стук в дверь прерывает размышления. Никакой грубости, вежливый, аккуратный стук прислуги.

— Да?

— Завтрак в номер, господин офицер? — раздаётся знакомый женский голос. Вчерашняя служанка.

Открываю дверь. Она стоит с подносом, на коем дымится кофейник и лежат свежие булочки. Мило улыбается, чуть наклонив голову. Симпатичная, теперь при утреннем свете видно получше веснушки на носу, карие глаза с золотыми искорками, русые волосы аккуратно убраны под белый чепец.

— Спасибо, милая, но я уезжаю, — улыбаюсь в ответ. — Обойдусь без завтрака. Дела.

Она чуть краснеет, очевидно каплю разочарована. Наверное, надеялась поболтать с молодым служивым. Девушки любопытные в этом плане.

— Как скажете, — она кивнула и заглянула мне в глаза. — Приятного дня. И… возвращайтесь к нам, если будет нужда.

В последней фразе явный подтекст. Мол, не только номер сдадут, но и другие услуги возможны. А может, просто моё воображение восемнадцать плюс.

— Непременно, — киваю. — Вы очень любезны. Благодарю.

Закрываю дверь.

Застёгиваю крючки на плаще, проверяю, на месте ли документы во внутреннем кармане. Новенькое удостоверение подполковника, баронская грамота, назначение в действующую армию. Бумажки, кои делают меня важной персоной. Похоже в любой Российской Империи параллельного мира без бумажек никак.

Хватаю потрёпанный кожаный саквояж со скромным имуществом. Сменное белье, бритвенный прибор, который так и не распаковал, запасные портянки, фляга. Богатство, блин.

Последний раз оглядываю номер. Ничего не забыл? Проверяю под кроватью — нет. В ванной — чисто. Вроде всё.

Выхожу в коридор. Чистота. Две сотрудницы убирают соседние номера. Прохожу мимо. Спускаюсь по лестнице. Перила отполированы тысячами рук до блеска. На стенах — свежие гравюры с видами Петербурга.

В холле светло. И тихо. Ночные гуляки давно разошлись спать, а приличные люди ещё не спустились к завтраку. Такое вот утро пятницы.

Только портье за стойкой читает записи, проводя пальцем над регистрационной книгой. Пожилой мужчина в дорогом сюртуке. С пышными седыми усами, точь Якубович.