Подхожу к стойке, деликатно кашляю.

— А? Что? — портье вздрагивает. — Ах, господин офицер! Выезжаете?

— Нет. Просто отъеду, но вернусь. Так что вот плата за следующие сутки, — и кладу на стойку деньги.

— О, значит понравилось у нас. Это хорошо. Всегда приятно, когда гости продлевают номер. Сейчас отметим, — кивнул старый и сделал запись в регистрационной книге.

На самом деле, я не собираюсь возвращаться. В планах запутать наблюдателей. Наверняка, они захотят пробить информацию на сколько дней я заехал сюда. Узнают, что останусь ещё на сутки, поэтому когда потеряют мой след в городе, а я собираюсь сбросить их с хвоста, вернутся сюда и будут ждать. А там уже и решу, стоит ли воспользоваться этим или же просто забить.

— И ещё, мне нужна услуга. — ловлю взгляд портье.

— Слушаю вас.

Достаю из кармана пятирублёвую бумажку, кладу на стойку:

— Нужно отправить письмо. С курьером.

Тот оживляется, деньги исчезают в его кармане с завидной сноровкой:

— Конечно, господин. У нас есть надёжные курьеры. Сейчас подготовлю чернила и бумагу с конвертом.

Киваю.

Он рыскает в столе. Вскоре передаёт необходимое.

Беру лист бумаги, быстро черкаю записку:

«Бабуля, вернулся в Петербург. Прости, к тебе приехать пока не могу — объясню при встрече. Не могла бы ты прибыть в блинную „У Семёныча“ на ярмарке? Буду ждать к 17:00. Если не сможешь — завтра приеду сам. С любовью, А.»

Запечатываю, отдаю портье:

— Вот, держите. Адрес на обороте. И постарайтесь передать до обеда.

— Будет исполнено!

Выхожу на улицу. Минус десять по ощущениям. После северных минус тридцати пяти — курорт. Небо серое. Впереди по улице раскатывают экипажи. Город проснулся. Прохожу мимо припаркованных карет, киваю дворникам, что при виде гостя их заведения уважительно кивнули.

И замечаю — прямо у входа стоит карета, что отличается от соседних. Чёрная, добротная, без гербов. Рядом двое мужчин в тёмных серых шинелях. Явно не местные зеваки.

Первый — невысокий, в круглых очках, с кожаной папкой под мышкой, завидев меня, решительно двигается навстречу. Вид у него официальный, как у налогового инспектора. Или гробовщика. Что в принципе из похожей оперы.

— Подполковник Волков?

— Допустим. А вы?

— Пётр Семёнович Крылов, старший делопроизводитель канцелярии «Чёрного Лебедя», — он поправляет очки идеальным жестом, будто отрабатывает его по сто раз на дню. — По личному приказу генерал-майора Разина прибыл для оформления документов на недвижимость и баронский титул.

А, точно. Совсем забыл про эти бумажки. Быстро они сработали. Видать Тень доложила, где я остановился.