Даже мои собственные родители никогда не ставили меня на первое место, так зачем это делать мужчине, который мне ничего не должен?
Стоя перед высоким зеркалом на стене, я провожу пальцами по влажным волосам, изучая черты своего лица. Форма моих глаз и бровей, длина ресниц, размер носа и губ, очерченность моих скул и подбородка.
Я опускаю взгляд на свою шею, затем на верхнюю часть грудей, задаваясь вопросом, может быть, они слишком маленькие или одна больше другой. Поворачиваясь с одного бока на другой, я оглядываю свои изгибы, задаваясь вопросом, может быть, что-то в них делает меня непривлекательной.
Я ненавижу эти мысли. Я ненавижу эту неуверенность. Раньше я никогда такой не была. Раньше я любила себя — любила свое тело - и в глубине души я знаю, что до сих пор люблю. Но этот противный голос не затыкается, не перестает заставлять меня сомневаться в себе и не перестает заставлять меня чувствовать, что что-то во мне не так.
Я сглатываю образовавшийся в горле комок, когда мой взгляд скользит по рукам, особенно по бицепсам, где теперь находятся темно-фиолетовые отметины. В этот момент я поняла, что Томми держится за меня слишком крепко. Я чувствовала боль от его хватки через пальто. Но я не понимал, насколько это было плохо, пока не увидел их прошлой ночью в ванной отеля. Хотя в то время они все еще были красными и выглядели не так ужасно, как сейчас, когда полностью покрылись синяками.
Слезы выступают у меня на глазах, когда я подношу пальцы к воспаленной коже, мягко лаская отметины на правой руке. Я весь день принимала обезболивающие, пытаясь не обращать внимания на боль в руках, но мне нужно будет придумать какой-нибудь способ быстрее избавиться от болезненности. Вынашивать ребенка с такой болью, что у тебя постоянно простреливаются руки, совсем не весело.
Как может кто-то, кто утверждает, что любит тебя, причинить тебе такую боль?
Но правда в том, что Томми никогда не любил меня. Я была для него просто ценным приобретением. Дочь богатого человека. Способ подняться по карьерной лестнице благодаря свиданию с дочерью босса. Не более того. Теперь я это понимаю.
Это никогда не касалось меня...
Раздается тихий стук в дверь, как раз в тот момент, когда она начинает открываться, и Грейсон просовывает голову внутрь. “Привет, я просто проверял, не нужно ли тебе чего-нибудь, прежде чем отправиться спать”.
“ Нет, я в порядке. Спасибо. - Я улыбаюсь ему и убираю руку со своей руки, вместо этого держась за полотенце.
Меня не смущает, что я стою перед ним в одном полотенце; быть обнаженной перед мужчинами никогда не вызывало у меня дискомфорта. Но я бы тоже предпочел не делать этого специально, чтобы не создавать неловкости между нами, и случайно оброненное полотенце определенно могло бы это сделать.