“Да, он вернулся домой до того, как я собралась уходить, но ему нужно было кое-что сделать для своей мамы. Так что он отправится сюда позже с остальной бандой.
Сегодня вечером мы все вместе ужинаем, чтобы отпраздновать первые две победы "мальчиков", но на самом деле это просто повод потусоваться. У Обри выходной, что становится все реже, поскольку она работает полный рабочий день и почти всегда закрывает пекарню по вечерам. Кроме того, сегодня был первый день работы Ронни в качестве домработницы. Как только она поймет, на кого именно работает, мы обязательно услышим об этом, так что я с нетерпением жду сегодняшнего вечера.
Я отправляю короткое сообщение Грейсону, сообщая ему, что еду в больницу и что Сесилия и Сэм дома с детьми. Затем кладу телефон в сумку и направляюсь к двери, еще раз поблагодарив их за то, что присмотрели за Грейси, пока меня не будет. Я как раз собираюсь потянуть за ручку входной двери, когда она распахивается, чуть не сбивая меня с ног.
Входит Ронни, в ее глазах пылает ярость. Она останавливается между мной и Сесилией, глядя на нас обеих. “Вы все мертвы для меня.МЕРТВ ! Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! ” Она топает на кухню, ворча себе под нос. “ Мне нужно выпить! Я беру твою самую дорогую бутылку вина и выпиваю ее в одиночестве! Попробуй остановить меня, Эм.Попробуй , - кричит она.
Мы с Сиси смотрим друг на друга, затем разражаемся приступом смеха.
“ЭТО НЕ СМЕШНО!” Ронни кричит в ответ.
Похоже, она только что узнала, кто ее новые работодатели.
Я паркую свой новенький внедорожник в больничном гараже недалеко от грузовика Грейсона. Я решил остановиться на белом BMW X7. Я подумал, что при том количестве людей, которое у нас обычно бывает, семь мест было бы лучшим вариантом. И, как и было предсказано, мой новорожденный ребенок был высажен моим отцом на подъездной дорожке на следующее же утро после того, как я отдала свой "Мерседес".
Грей появляется рядом с моей машиной, когда я выхожу. В ту секунду, когда я оказываюсь в пределах досягаемости, его руки обхватывают меня за талию, крепко прижимая к себе, а его голова опускается на изгиб моей шеи. Я обвиваю свою руку вокруг его шеи, одной рукой лаская его волосы.
Он испускает глубокий слышимый вздох и еще немного наваливается на меня всем своим весом. Это объятие не из-за того, что мы скучали друг по другу те четыре дня, пока его не было, нет, это из-за того, что ему нужна поддержка после того, чему он стал свидетелем в той больничной палате. Это безумие, как легко кто-то может войти в твою жизнь и как быстро он может стать значить так много за такой короткий промежуток времени.