Включая меня.
“Пока мы шли по проходу, я наткнулся на эту конкретную кружку и мгновенно влюбился в нее. Сначала мой дедушка сопротивлялся. Я был ребенком; какая мне польза от керамической кружки? Но я умолял, умолял и обещал, что буду с ней осторожен. Что я буду так осторожен, что этого хватит на всю жизнь.
Я нежно улыбаюсь, когда воспоминание танцует в моей голове. Радость и возбуждение, которые я испытал в тот момент, не зная, что это будет так скоро.… Мои руки начинают теребить подол платья, я опускаю взгляд на свои пальцы и сглатываю, моя улыбка становится грустной.
В конце концов, он согласился и купил это для меня. Когда мы выходили из магазина и направлялись к машине, у моего дедушки случился сердечный приступ.… Он начал прижимать кулак к груди и протянул руку в поисках поддержки. Но вокруг не было ничего, кроме меня, а машина была все еще слишком далеко. Падая на землю, он ударился о мое плечо и выбил кружку у меня из рук. Она не разбилась, но на ободке остался скол из-за падения ”.
- Я заметил фишку, - деликатно говорит Грейсон и берет меня за руку, предлагая некоторую поддержку.
Я шмыгаю носом, мои глаза становятся стеклянными. “Я закричала так громко, что кассирша выбежала из магазина. Когда она увидела, что происходит, она схватила меня и повернула спиной к моему дедушке, чтобы я не мог видеть, как он лежит там безжизненный, пока она звонила в 9-1-1. ” Я проглатываю комок в горле, заставляя себя произнести последние слова, которые преследуют меня по сей день.
“Когда мой отец, наконец, приехал за мной и моего дедушку увезли, кассирша вернула мне мою кружку и сказала, чтобы я навсегда сохранил свое последнее воспоминание”. Слеза скатывается по моей щеке, и я яростно вытираю ее, ненавидя то, что Грейсон видит меня такой.
“Черт возьми, Банни...”
“ Все в порядке, это было давно. Я поднимаю глаза и подавленно улыбаюсь ему.
“Возможно, но это не значит, что тебе не позволено так себя чувствовать. Тебе не нужно все время скрывать свои эмоции, особенно сейчас, - говорит он, слегка сжимая мою руку.
“Сильные женщины не плачут на людях. Мы делаем это за закрытыми дверями, где мир не может видеть”. Я саркастически усмехаюсь. “Это то, что сказала мне моя мать в день его похорон”.
“Трахни свою мать. Мне жаль, но это дерьмово говорить, особенно ребенку, который только что потерял кого-то важного в своей жизни ”.
На этот раз я по-настоящему рассмеялась. “ Моя мать - просто чудо. Молюсь, чтобы тебе никогда не пришлось с ней встречаться. Я вздыхаю, опуская плечи. “Когда я сказал, что мы узнаем друг друга получше, я не думал, что это окажется таким удручающим”.