С очередным оценивающим взглядом вниз ей внезапно подумалось, что Сергею наверняка было не очень комфортно все то время, что он потратил на ее удовольствие. Это соображение странным образом утешало: не все женскому роду страдать во время секса.
Однако мысли, разумные и не очень, никуда не делились. Кира решила прислушаться к первым.
— Сергей... — позвала она.
— М? — Он, очевидно, был куда более занят ее телом, чем возможными разговорами.
— Я думаю, мне лучше сказать... — начала Кира несмело, но, вздохнув, заявила вполне ровным тоном: — У меня еще не было никого. Совсем. Я девственница.
Губы Сергея на ее шее застыли. Плечи под ее ладонями не закаменели, но несколько напряглись. Когда Сергей неспешно отстранился и выпрямился, сердце у Киры взяло паузу в работе.
На представшем перед ней лице отражалось сдержанное удивление. Словно ничего выходящего за пределы нормы Кира не сообщала.
Она, к слову, лет с двадцати считала, что реагировать на ее признание любой парень будет полными изумления, а то и ужаса глазами. Мужчина, державший сейчас ее в своих руках, даже с места не сдвинулся. Спокойно стоял и рассматривал Киру изучающим взглядом.
— Девственница? — переспросил он тем не менее, но сомнения в его голосе не было: он будто выигрывал время на осмысление ситуации и только ради общего спокойствия заполнял тишину бессмысленными фразами.
— Да, — она кивнула и на всякий случай внесла ясность: — Я не передумала, но решила, что стоит предупредить.
— Уверена? — Теперь Сергей спрашивал серьезно.
— Да, — Кира кивнула вновь, ничуть не лукавя.
Она чувствовала, что свое желание, сильное и почти получившее свободу, он задвинул подальше ради нее: поначалу запредельно расширенные черные зрачки сужались, взгляд постепенно обретал незамутненную возбуждением остроту и с каждым новым вздохом мужская грудь напротив поднималась и опускалась все более размеренно. Этого было достаточно, чтобы забыть от тревогах и страхах.
— Я рад, — ответил Сергей тихо, с успокаивающей уверенностью в голосе. — Я все сделаю как надо. Не бойся, хорошо?
Кира кивнула, прикусив нижнюю губу. В его последних словах чудилась нежность, и она смущала.
От нежности она отвыкла очень давно.
Глава 13
Она спала. Совершенно бесшумно и неподвижно — как легла после возвращения из ванной на бок, закутавшись с головой в одеяло, так и лежала до сих пор. Размеренное дыхание, беззвучное, но улавливаемое в едва заметном поднятии верхней части объемного кокона, гипнотизировало.
Сергей не смог уснуть. От переизбытка ли ощущений, от беспокойства или просто по случайности выпавшей именно на сегодняшнюю ночь бессонницы. Сидя на своей стороне кровати, он пытался осмыслить произошедшее в последние часы.