— Ого! Хороший выбор! — сказал, улыбаясь, отец, когда мы с ним встретились в прихожей. — Поздравляю с обновкой!
— Ты ещё не обо всех моих обновках знаешь, — хитро подмигнул я. После ужина покажу, а пока что мучайся. Что сегодня, кстати, Настюха приготовила? Пахнет очень вкусно, а я голодный, как волк.
— Надо же, ты пришёл домой не после ресторана, — хмыкнул отец. Подколол блин. Значит понял, что я ел до этого через силу, чисто из уважения к чужому труду и семье. — тогда я тоже не скажу тебе ничего. Ходи вот мучайся, истекай слюной, до ужина ещё минут двадцать, как сказала Маргарита.
— Ладно, переживём, — отмахнулся я и показал ему в спину язык. Правда он в этот момент зачем-то резко обернулся и успел увидеть.
— Ну, знаешь ли, — хохотнул он. Потом махнул рукой, видимо забыл, что хотел мне сказать, развернулся и ушёл.
Я повесил на вешалку пальто, шарф и шляпу, которую я хрен его знает когда поменяю на зимний головной убор, и направился в свою комнату. Вот почему я сегодня был в лучшем торговом центре, а про шапку так и не вспомнил? Во всём виновата оттепель и почти полное отсутствие ветра. Если бы я замёрз на улице, точно вспомнил бы. Положив портфель на стол и налюбовавшись им вдоволь, я достал оттуда свои новые приобретения. Мой медальон был уже на шее, когда я поднимался на лифте. Яшму я сразу активировал, а бирюзовые камешки решил не трогать пока не разберусь досконально с инструкцией. Нет ни малейшего желания шарашить всех встречных и поперечных молнией, как это делал юный Вяземский.
Глава 14
— К семейному ужину решил прийти с новым портфелем? — спросила мама, вскинув брови и слегка повернув голову. Прям кокетка. — Хороший аксессуар, солидный, давно пора было.
— Самому нравится, — кивнул я и провёл рукой по немного шероховатой чёрной коже идеальной выделки. — Только портфель сейчас — это не самое главное.
— Тебе отремонтировали медальон? — спросил папа.
— Мне его не просто отремонтировали, а вернули ему первозданный вид.
Я снял с шеи медальон и протянул отцу. Он внимательно осмотрел камень, оценил гладкую ровную поверхность и чистый незапятнанный цвет.
— На другую сторону переверни, — подсказал я.
— Ого! — вырвалось у отца, когда он увидел обновление в виде четырёх голубых камней. — А я всё думал, зачем здесь эти выступающие кружочки. Решил, что это просто обозначения четырёх сторон света. И что они дают?
— Дай я посмотрю, — не выдержала Катя и подбежала к отцу, буквально выхватив медальон у него из рук. — Ух ты! Какие симпатичные! А зачем они нужны?
— Если ты отдашь мне медальон и дашь возможность рассказать, — сказал я, — то я всё объясню.