— Насколько больно его можно ударить? — сварливо осведомился «недоизнасилованный», расслышав мою ремарку.

— Меня он бил ногами… — задумчиво откликнулась вампиресса, — Так что могу одолжить ствол. Нет, не буду, я не хочу везти вас назад. Как-нибудь отравишь ему чай или… точно! Удалишь все его чертовы картинки с котами, которые он нам шлет!

— Вы меня убиваете! — прокряхтел я, отгибая и выдирая последнюю распиленную петлю, — Просто убиваете!

— Так убейся уже наконец, старпер!

— Только после того, как ощупаю твои сиськи!

— Так давай прямо сейчас! — распрямившись, вспотевшая вампиресса приподняла ладонями свою внушительную грудь и призывно потрясла ей, — Марий поведет!

— Прекратите безобразие! — рыкнул в ответ на балаган блондин, — Открывайте дверь! За ней наше будущее, мать вашу!

Со скрипом и сопротивлением дряхлого дерева пола мы раскрыли боковые створки контейнера… и уставились на яркие, черно-желтые коробки, сделанные из высококачественного пластика и упакованные в несколько слоев целлофана. Коробки шли от верха до низа, яркие, красивые, технологичные, украшенные иероглифами.

— Это… «Альтрон Маусы» третьего поколения, — подошедший к нам альв приподнял дерюгу, рассматривая внутренности склада, — Фирменная упаковка. Всё в порядке.

— Не в порядке, — качнул головой я, аккуратно выдергивая ближайшую к нам коробку, объёмную и… легкую, — Эта штука весит максимум десять килограмм. Понимаете? Там, внутри, есть что-то еще. Что-тоочень тяжелое.

— Тогда начинаем разгрузку, — решил Гритт, — Давайте в темпе, все вместе.

Устроить цепочку из людей, составляющих возле богом забытого берега целую пирамиду из ультра-модных дорогих компьютеров, труда не составило никакого. Даже Юки, несмотря на общую дохловатость, вполне бодро таскала драгоценные лично для неё ящички, чуть ли не с любовью обнимая каждый. Однако, всё хорошее кончается, пусть в данном случае не черной полосой, а фальшстеной из очень прочной армированной ткани серого цвета, которую мы с большим трудом разрезаем…

…а затем, всем нашим отрядом, смотрим на то, что она скрывала. С раскрытыми ртами и полными непонимания глазами.

Полного.

Тотального.

Непонимания.

— Вы все это видите? — Марий краток, сжат и лидерообразен.

— Мы спим? — недоуменно моргает вампиресса, — Коллективный сон?

— Как тогда, в пещере? — тонким голоском спрашивает Широсаки Юки, — Когда вороны привели нас посмотреть на Петра и дракона? Ну, сквозь тот зал с людьми?

— Что?!! — охреневаю я.

— Это потом, — отмахивается Алебастр, скидывая со своей черной головы защищающую её ткань, — Мы же все сейчас видим это? Этот… механизм?