Однако, операция, начатая несколько дней назад, в разгар войны в городе, прошла не гладко. Когда японцы прибыли на место, то обнаружили, что у них есть конкуренты. Некие, совершенно неизвестные игроки, готовились к штурму той самой квартиры, куда собирались попасть и якудза. Вакагашира отдал логичный приказ, неизвестных перестреляли прямо на парковке, всего в двух домах от цели. Выжил только один из них, да и то на пару минут, успев лишь прошептать, что японцы «заплатят». Хашимото не придал его словам значения.

И вот сегодня оказалось, что зря. Их попытались взять штурмом, прямо в офисе. Били на убой, шли с автоматами, бросали гранаты. Вакагашира, только вышедший из машины, едва успел развернуться, прежде чем получил пулю, от чего большую часть боя провел, позорно высовываясь из-за угла и паля в белый свет, как в копеечку. Он почти не мог командовать своими людьми, только слышал их крики. Боевые и предсмертные.

Затем ему пришлось отступать. Инструкции, полученные из главного офиса, напрямую приказывали ему уничтожить компьютеры, если офис подвергнется серьезной атаке. Для Хашимото это было признанием личного поражения.

— Сколько их было, парень? — следующий вопрос был задан хриплым, зажатым тоном. Адреналин откатывал, бедро начало награждать якудзу болью.

— Мы… мы насчитали пятерых, — спрятал глаза почти закончивший бинтовать Вако, — Они все остались здесь. У нас еще человек пятнадцать ранены, босс…

То есть, весь офис парализован, скрипнул зубами вакагашира. Практически разбит. Он правильно сделал, что уничтожил носители информации, но… всего пятеро? Это катастрофа. Полная.

Возможно, ему придётся лететь в Токио ради юбикири. Лишаться пальца в его возрасте и положении… а какие могут быть альтернативы? Сеппуку?

Плевать. Об этом нужно думать потом. Пока нужно брать смартфон и оповещать собратьев в других офисах, чтобы взяли под контроль улицы. Больше ничего не остается.

Этим вакагашира и был занят, пока его везли в больницу, осматривали, вынимали пулю, штопали. Затем, выгнав медсестру из палаты, якудза с неохотой набрал номер на своем телефоне. Ему ответили незамедлительно.

— Я вынужден прекратить охоту на широкицуне, — медленно и тяжело проговорил он, — Мой офис понес слишком серьезные потери. Мои глубочайшие извинения.

— Извинения… — помолчав, ответил ему густой мужской голос в динамике, — Не то, что мы должны получить, Хашимото-сан. Но у меня нет выбора, я передам ваши слова Монтоку-доно. Возможно, вам придётся столкнуться с последствиями его неудовольствия.

— Я буду готов, — отрывисто бросит вакагашира в микрофон перед тем, как связь прервется.