— Хорошо, все это второстепенно. Нам предстоит с тобой столько всего обсудить, закажи себе что-нибудь, — Михаил жестом подозвал официантку.

— Что будете заказывать, господин?

Сначала подумал, что она обратилась к Михаилу, а нет, ко мне. Озвучил ей заказ, и мы вернулись к разговору.

— Перед тем, как начнем, ответьте честно на один мой вопрос.

— Спрашивай, мне от тебя скрывать нечего.

— С какой целью вы истребили Голем? Вы побоялись, что они станут сильнее вас, или все дело в жертвоприношениях. Раньше я предполагал, что вам, возможно, захотелось отнять у них фиолетовую Нору, но вот убедился, что это не так.

— Давай по порядку, — снова улыбнулся Михаил, почесал усы и закинул в рот кусочек чеснока, — мы оценили твой поступок. Очевидно, что ты специально не хотел убивать бойцов, что сторожили Нору. Мы это ценим, правда, спасибо тебе не только за закрытие Норы, но и за те жизни, что ты сохранил.

— Живы были бы все, если бы из Норы не вылез разумный крот, — объяснил я, — пришлось с ним повозиться.

— Да, фиолетовая Нора — это тебе не оранжевая или синяя… — подметил и Михаил, — так я продолжу отвечать на твой вопрос. Понимаешь ли, Дэвис, мир далеко не черно-белый и ответить на твой вопрос однозначно я не могу. Все равно, что сказать, что появилось раньше: курица или яйцо, — Михаил задумался.

— Еще динозавры вылуплялись из яиц, — усмехнулся я, — курицы, насколько, я уверен, вы знаете, появились гораздо позже динозавров.

— Ох-хо, — Михаил прикрыл глаза и засмеялся, — а ты у нас эрудит? Что же? Отлично, ценю в людях остроумие, хорошо ты меня подколол. Возвращаюсь к вопросу, — он закинул в рот еще ложку борща, — ритуальные убийства детей, для меня — это дикость. Мерзко даже думать о том, что такое может существовать в нашем мире, в двадцать первом веке. Но не это первопричина, хотя и она тоже… Видишь, я же говорю, простого ответа нет. Дело в том… Если бы Голем продолжили ритуалы, то создали бы черную Нору и стали сильнейшими магами в Царске. А как думаешь, зачем им становиться сильнейшими? Ты уж прости, что я так откровенно обсуждают твою мертвую семью…

— Ничего, плевать. Меня больше с ними ничто не связывает, по крайней мере, мне претит сама мысль о том, что таким путем можно стать сильнее… А зачем им становиться сильнейшими магами? Я думаю, сильнейшие маги сделали бы свой род самым влиятельным в городе, самым богатым.

— Влиятельность? Из чего она состоит?

— Мощь магов. Количество бойцов в армии. Территория, — сказал я и задумался, — кажется, понял. Вы хотите сказать, что Голем начали бы войну с другими родами?