Константин и две служанки помогли Беркли. Мы с Виктором встретили их и пригласили за стол. Конечно, вкусный ужин это не то, о чем мечтают те, кто провел последнее время в лаборатории, поэтому и о другом Виктор позаботился. Он выделил в поместье достаточно комнат и уже назначил для каждого из Беркли своего лечащего врача-целителя.

Беркли были рады своему освобождению и не переставали нас благодарить. Они ели, иногда грустили, а иногда радовались. Прекрасно понимаю их чувства. С одной стороны, они спасены и теперь на свободе, а с другой — они потеряли очень много родных, свое поместье и, по сути, не только статус старшего рода, но и вообще все, что прежде принадлежало их роду.

После ужина все разошлись по своим комнатам, где их уже ждали целители. И пока их не было на первом этаже, мы с Виктором обсуждали, что с ними делать.

— Не отдавать же им все, что принадлежало раньше.

— Тоже так думаю, но им это не понравится, — сказал я.

— А плевать. Их отец нас кинул, вот и справедливость…

— Я тебе не говорил, но его сыновья тайком отдали мне деньги, что проспорили. И извинились.

— Вот как? — удивился Виктор. — Не ожидал от них. Да они и ко мне теперь хорошо относятся, уважают и чуть ли не на «вы» говорят.

— Так ты теперь глава рода. Да и силу уже успел доказать. Знаешь, я думаю, если мы поможем им восстановить род, начать все сначала, то через пару лет, в крайнем случае, десятилетий, получим хороших союзников.

— Я все равно не собираюсь возвращать им Кирпичевск-2. Люди, что там живут, они этого не поймут.

— А я и не предлагаю возвращать.

— А что тогда?

— Хм… — я подумал пару минут, — дай им ресурсы и вели развиваться под твоим началом. Пусть один брат будет в Борске, а другой, — я подумал еще и решил, — пусть вернется в Кирпичевск и делом докажет, что лучше отца.

— Это будет сложно.

— Да, особенно Джону и Джиму, — усмехнулся я, — другого выхода не вижу. Можно, конечно, совершенно наплевать на их род и вернуть из аристократической жизни в обычную, но тогда ты не получишь будущих надежных, правда, вряд ли очень сильных союзников.

— Я подумаю, — сказал Виктор.

— Можешь к ним даже кураторов поставить, из доверенных лиц.

— Хорошая идея. Вот бы они только не взбунтовались.

— Мы?

— И не подумаем.

— И давно вы подслушиваете? — строго спросил Виктор.

— Прости нас, мы… просто шли вниз и услышали, как вы решаете нашу судьбу.

Разумеется, я почувствовал, что они стояли на лестнице и подслушали. Специально не стал их раскрывать, чтобы они поняли наш настрой и намерения, без всяких прикрас.

— И даже не попросите то, что раньше принадлежало вам? Поместье? Земли? Бизнес? Деньги?