— Никогда не любил то поместье, — сказал Джон. — А ты, брат?

— И я не любил. Зато не прочь доказать жителям Кирпичевска, что Беркли могут быть другими. Я хоть завтра поеду в город и возьмусь за дело, только вы, пожалуйста, помогите мне с людьми, деньгами и советом.

— А я в Борске с удовольствием останусь. Займусь своим бизнесом и даже готов взять на себя часть муниципальных обязательств перед государством.

— Как вы красиво стелите, — буркнул Виктор, — доверия к вам большого нет, если честно.

— Они докажут все делом, — улыбнулся я, — правда, парни.

— Правда! — в один голос заявили они.

— А где мне для них взять капитал? Человекочасы?

— Где-где? — усмехнулся я. — Мы ведь не разграбили поместье Беркли, да и банк их не трогали.

— Правда⁈ — обрадовались брать

— Прошу вас, дайте нам эти деньги, — сказал Джон, — пожалуйста.

— Просим же не на развлечения, — добавил Джим, — нам на старт хватит.

— Хорошо, я подумаю, — ответил Виктор, — свободны.

Когда они действительно ушли, он спросил:

— Что думаешь?

— Все сложилось замечательно. А поместье Беркли можно продать. А Джон или кто там отправится в Кирпичевск, пусть в обычной квартире живет. Ближе к народу, хе-хе.

— Вот бы и, правда, все так шикарно получилось, как я представляю, — мечтательно произнес Виктор, — отцу, наверное, и не снилось, что наш род будет так быстро развиваться. Если еще и у братьев все получится, то мы будем не просто старшим родом с землями в трех городах, но еще и будем иметь два дочерних рода. Ого-го!

— И не забывай про род из Синехолмска. Сделай все, чтобы заключить с ними союз.

— Сделаю, — улыбнулся Виктор, — а ты? Я бы и с родом Голем хотел заключить еще один союз, на гораздо больший срок…

— Я бы с удовольствием.

— Считай, договорились, тебе нужна будет помощь в Царске?

— Нет. Это только мое дело, я поеду туда одни.

— Окей, без вопросов. Только не хапни кусок больше, чем сможешь проглотить. И помни, здесь тебе всегда рады, даже если у тебя не получится восстановить род.

— Не получится⁈ Ты же меня знаешь.

— Ага, потому и боюсь, что весь Царск на уши встанет.

* * *

Мы подъехали к лаборатории. Я сам на себя не похож, одежда совсем не в моем стиле. На голове странного вида шапка, а еще накладные борода и усы. Гримеры, которых нашли люди Виктора, постарались и даже добавили носу горбинку, а щекам — веснушки. Если урод Норман меня и видел, то точно не узнает.

Еще мне не терпелось уже повстречаться с тем бестом, что способен воздействовать на мысли людей. Убивать его нет никаких официальных или достаточных оснований. К сожалению. Однако если он даст повод, то с радостью сверну ему шею за все то, что он натворил. По-хорошему бы всю эту лабораторию, вместе с ее «учеными» снести бы к чертовой матери. Но Виктор настоял на том, что крови нам хватит. Ученные виноваты, безусловно, но убивать мы их не станем. Вот поэтому и нет достаточных оснований… Дело Виктора, кто я такой, чтобы с ним спорить? Он уже глава рода, как-никак.