— Ну здравствуй, моя главная ошибка, — холодно поприветствовал меня командор, после того, как телохранители удалились. — Присаживайся.

Сам он тоже поспешил усесться в кресло, оставив трости у подлокотника. Я изобразил уставной поклон и последовал его примеру. Пусть моё сердце и колотилось, как сумасшедшее, живот тоже давал о себе знать. У меня ведь со вчерашнего утра ни крошки во рту не было. И если аристократ сначала хочет позавтракать — я только «за».

Заодно тем самым он даёт понять, что настроен на разговор, а не на немедленную кару. Это радует.

В меню оказалась яичница с беконом, хлебные лепёшки и тонизирующий глинтвейн с пряностями. Я бы и от кофе не отказался, но его здесь не пьют. Так что пришлось довольствоваться чем есть.

— У тебя хороший аппетит, — заметил Гастор, когда моя посуда стремительно опустела.

— Что поделать, молодой растущий организм, — пожал я плечами. — Вы в его возрасте наверняка тоже уплетали всё за обе щёки.

Как раз после моего упоминания эта часть лица у мужчины отчётливо дёрнулась. Он гневно сверкнул глазами, однако смог удержать себя в руках.

— Не нужно меня провоцировать. Это не в твоих интересах.

— Откуда вам знать, чего я хочу? — криво ухмыльнулся я.

— Хороший вопрос… Ты действительно отличаешься от прочих отродий, — признал аристократ. — Что же тебе нужно на самом деле?

— Справедливость.

Глава семейства нахмурился.

— Он по-прежнему в тебе?

— Да, и слышит каждое ваше слово. Хотите ему что-то сказать?

— Мне жаль, что так вышло, но я это сделал во имя нашей семьи.

«Катись в Пекло вместе со своими сожалениями!» — выкрикнул в сердцах Авери.

Я с удовольствием передал сообщение его отцу, присовокупив от себя ещё парочку эпитетов покрепче. Однако тот нисколько не расстроился. Скорее, восхитился.

— Поразительно, к чему иногда приводят ошибки…

— Вы обрекли на смерть собственного сына, — напомнил я ему. — И дело даже не в том, что он на самом деле не был проклят богами. В любом случае это не ошибка, а преступление.

— Я знал, что он Мерцающий, — спокойно ответил Гастор без тени сожаления. — Но его душа была слаба. Авери не справился бы с поставленной задачей, а для нас это жизненно необходимо.

— Найти настоящее Основание? — предположил я. — А у вас под родовым замком, получается, подделка?

— Воистину, ты не перестаёшь удивлять! — признался глава «Фениксов», подавшись вперёд. — Никто из нас проболтаться не мог, но ты и это как-то вынюхал. Хорошо, что я не стал медлить… И да, можешь сразу забыть о том, чтобы мне навредить. Ты этого не переживёшь.

Я убрал руку, которую инстинктивно положил на рукоять катаны. Возможно, на всей скорости у меня получится добраться до него, но это действительно станет для нас концом. А он, как специально, усадил меня на противоположный край стола.