Теперь до меня наконец-то дошло, что мне напоминала статуя — древнеегипетский саркофаг, поставленный на торец! Только здесь вместо разодетого фараона покоился молодой худощавый мужчина с длинной шевелюрой едва ли не до плеч. Волосы в свете фонаря отливали серебром, а по всему обнажённому телу, бледному как молочный мрамор, были набиты угловатые штрихи. В сравнении с ним даже белокожая Сатания выглядела загорелой смуглянкой. Татуировки же напоминали те, что были выбиты на постаменте. Из всей одежды на нём болталось одно лишь ожерелье из красноватых камушков, похожих на крупные рубины.

Однако все наши девушки с расширенными глазами уставились вовсе не на украшение.

Я редко обращаюсь к богам, тем более к местным, однако сейчас мысленно взмолился к покровителям, чтобы потерявшее опору тело упало вниз, как и полагается нормальному мертвецу. Но вместо этого мужик открыл бледно-голубые глаза. Холодные, будто две льдинки в глазницах.

— Это некромансер! — выкрикнула Криста, запулив в него целый рой градин.

Тот лишь небрежно отмахнулся рукой, и ледышки со свистом полетели обратно в нас. Одна едва не ударила меня в грудь, но я успел перерубить её клинком. Наверняка Хивея осталась бы довольна, а вот мне радоваться чего-то не тянуло. Слишком уж опасным выглядел бледнокожий мужик, хотя он был гол и безоружен.

Поэтому я без раздумий стал накачивать руку энергией. Огонь прекрасно зарекомендовал себя против мертвецов, так что стоило начать именно с него. Только вот загадочный некромансер не стал дальше позировать на постаменте, и резко исчез. Мои глаза едва успели разглядеть смазанный след, ведущий вниз. Наверное, потому что они привыкли к Мерцанию и работе на запредельных скоростях.

Жаль я сам воспользоваться ускорением не мог, и даже предупредить ребят не успел. Мужик внезапно вынырнул рядом с Сатанией, посчитав фурию главной угрозой. Та не успела должным образом среагировать на того, кто движется быстрее взгляда, и её топор оставил лишь неглубокую царапину на его плече. Зато он сам одним неуловимым движением свернул зверолюдке шею.

Громкий хруст позвонков заставил меня самого сжать зубы так, что во рту стало солоно от крови.

Не успело её тело завалиться на пол, как он занялся остальными. Алонсо вызвал настоящий вихрь перед собой, но освободившийся из каменного заточения мужчина запросто пробил воздушный щит вместе с грудью паренька. Ива с криком бросилась на противника, выставив перед собой палаш, но белокожий небрежным взмахом второй руки отшвырнул её аж до противоположной стены. В которую она врезалась так сильно, будто сама находилась под ускорением. На каменных блоках остался кровавый отпечаток, а изломанное тело девушки шмякнулось на пол. Мне сразу вспомнились все те разбившиеся люди, что прыгали их окон высоток от подступающего огня.