Ну⁈

Крики на трибунах слились в однотонный рев.

Нападающий бить не стал, передал налево. Я сместился туда. Но и краек не бил, они знали, что я — крутой вратарь, и любой предсказуемый мяч возьму, потому пытались меня обмануть. Краек резко прострелил направо, я тоже сместился, думая, что это дальний пас. Но тут вперед рванул нападала, что вроде как уже отбегавший назад. Тюк — и в ворота. А я — с другой стороны, у другой штанги, куда сместился, ожидая удара справа. Хотя и понимал, что бесполезно прыгать, а нарушать поздно, я все равно сиганул рыбкой. Всех с детской школы учат: мяч летит быстрее, чем ты бежишь.

Гол.

Валяясь на траве, я смотрел, как скачет от счастья нападала, забивший гол, пасть разинул так, что мяч пролетит. Я представил, как он будет хвастаться знакомым, что самому Нерушимому забил, и зло взяло. Одесситы его облепили и тоже давай скакать, а потом, чтобы потешить публику, они стали перепрыгивать друг через друга.

Блин. Собаки вы сутулые!

— Где все защитники? — заорал я своим, чтобы немного стравить злость.

Круминьш возмущенно развел руками — дескать, я-то что? Я как раз-таки тут был. А вот Борода виновато потупился.

— Вы не видите, что творится? Какого хрена атаковать пошли? Чтоб ни шагу, ясно?

Думченко кивнул.

В центре поле разыграли мяч. Я глянул на табло: один-ноль. Хозяева ведут. И пока не видно никакого нашего преимущества, хотя наши из штанов выпрыгивают. Преимущество? Да мы проигрываем!

Тут пошли атаки волнами на чужие ворота и на мои. Удары издали я четко фиксировал, прижимал к себе мяч, выкидывал в поле на ногу своего… А игры как бы и не было. Команда настроилась, команда крушила. Команда на равных играла с «топами». А тут вдруг, неожиданно и как-то…

Удар! Я отбил кулаками в поле.

Добивание!

Я прыгнул, растопырившись в полете — наугад, скорее почувствовал, чем увидел опасный момент, метнулся в левый угол. И ошибся. Мяч летел низом — в центр, но врезался в мою ногу и отскочил. Я упал, выхватил взглядом Димидко, закрывшего лицо ладонями. Он еще не знал, что я отбил.

Вскочив, я заорал:

— Защита! Что за лажа! Мы тут играемся или играем?

Но ко мне никто не повернулся, потому что в центре поля за мяч развернулась нехилая борьба.

Свисток на перерыв вызвал вздох облегчения — Сан Саныч подскажет, ему ведь виднее, и сделает замены, если надо. Давно его не видел таким взвинченным. Не сдержав эмоций, он подошел ко мне, обнял, похлопал по спине. Потом отстранился и зашагал в раздевалку.

Подождав, пока все рассядутся и присосутся к бутылкам с водой, Саныч приготовился говорить, но я встал и наро-матерным языком объяснил каждому его место на поле и в списке игроков. Потом эстафету взял Димидко. Он кричал, кидался планшеткой, пальцем тыкал в проштрафившихся Думченко и Бороду.