На самом деле, мне было плевать, закончу я интернат или нет. Вариантов разжиться силой у меня предостаточно, но мне хотелось сделать всё по-человечески, без лишних жертв. А для этого я должен вести себя как подобает добропорядочному аристократу, который радеет за справедливость и презирает всё зло на этом свете. Отчисление из интерната очень сильно ударит по моей репутации, и многие двери для меня будут навсегда закрыты. Мне бы не хотелось пробиваться через них силой, особенно сейчас, когда её так мало.

— Юноша, ты мне угрожаешь? — удивился он, вот теперь его брови зашевелились, отлично. — Против тебя дали показания пять учеников! Пять! Они видели, что ты напал первым. И не надо впутывать сюда баронессу Белову, речь сейчас идёт не о ней, а о тебе.

Так вот, значит, на чём держится весь их хитроумный план. На том, что баронесса будет молчать? План мог сработать, будь я настоящим бароном. Дмитрий наверняка бы согласился не впутывать в разборки любимую девушку. И тут же угодил бы в капкан.

В таком случае, я действительно напал первым на Карского, а не защищал честь и достоинство баронессы. Да чего уж там, исключив такую важную деталь из дела, я могу и срок получить, а может и виселицу.

— Вы можете расценивать это как угодно. Вы усомнились в моих словах, и я просто обязан отреагировать на сей факт. Почему бы нам не вызвать городских дознавателей, а ещё лучше — дознавателей Его Величества. Они будут очень рады посетить Красноярск, проделав путь через всю страну, сколько у них это займет? Месяц? Уверен, после такого длительного путешествия они будут очень заинтересованы в расследовании, и ученикам интерната найдётся, что им рассказать.

Тут директора проняло. Он понял, что перед ним сидит не обычный ученик, а настоящий барон, который может с лёгкостью откусить ему голову. Ведь подтверждений словам Карского, по сути, не было никаких. Показания других учеников? Да они запоют раньше, чем дознаватели сядут в поезд Москва-Красноярск. И вот тогда полетят головы. Очень сомневаюсь, что в таком случае директор сможет усидеть на своём месте.

В кабинете повисло тяжёлое молчание. Магистр, пожёвывая свою бороду, в буквальном смысле прожигал меня взглядом, пытаясь понять, не блефую ли я. К такому повороту событий он был совершенно не готов, и сейчас, судя по всему, искал выход из сложившейся ситуации.

— Как насчёт досрочного выпуска? — слегка наклонившись вперед, предложил я.

Этот план я придумал ещё днем, когда услышал от Толи о Карском и о том, что эта падла про меня рассказывала всем вокруг. Понятное дело, что противостоять в словесных баталиях сыну виконта я не мог, у того всё было давно схвачено. Поэтому, единственный способ решить наш конфликт — это покинуть учебное заведение. Что собственно я и собирался сделать, но только на своих условиях.