— Ольга и риск? — хмыкнул он. — Забыл, как она от тебя шарахалась после астероидов?

— Даже если Ольга никуда не полетит, с планом исследований она помочь сможет. А это нам и нужно, не так ли?

— Да, — кивнул Райли. Помолчав, кивнул еще раз, уже каким-то своим мыслям. — Рад, что ты жив. Мы уже не надеялись…

— Знаю, — я усмехнулся. — И я не надеялся. Кстати, приготовил тебе подарок. Получил разрешение на использование закрытых результатов исследований Третьей Звездной. Только для внутреннего использования, разглашать строго не рекомендуется. Возможно, именно после этого Нечто решило обратить на людей внимание. Если это так, то мы еще легко отделались.

— Что еще за «нечто»?

— Про него потом расскажу, просмотри пока материалы.

— Хорошо. Присылай.

Райли замялся, потом все-таки решившись, спросил:

— Как ты сам? Насколько ты сейчас — ты?

Вот тут я расхохотался. От души.

— Знаешь что? Завтра Ольга запихнет меня в сканер, просветит, измерит, посчитает зубы, хромосомы и даже не знаю, что еще. Тогда и определимся. Честно говоря, уже и сам не знаю. Я прожил насыщенные двадцать лет, менял мир и менялся сам. Так что, если совсем уж честно, я — совсем не тот Лёха, с которым ты общался несколько недель назад.

— Ну и ладно. Хотя бы буду знать, что и у нашего Лехи все прошло хорошо, — Райли погрустнел — Зови, когда соберетесь составлять план исследований. Не затягивай с ним. И жду обещанные материалы.

— Хорошо, — махнув рукой на прощание, я сбросил звонок.

Покопался в переписке и сразу, пока не забыл, отправил отчет по эксперименту с подъемом обитателей Бьенора на орбиту.

* * *

В субботу, за полчаса до назначенного времени я уже сидел в холле института на Маяковке и ругал себя за то, что решил приехать пораньше. Лучше бы опоздал, ей-богу. Не пришлось бы разглядывать потолок. К тому же я нервничал, хотя признаться в этом постеснялся бы даже себе. Да, за годы, прошедшие с моего давнишнего появления под Челябинском, я прошел, наверное, десятки всяких медицинских обследований. Но на них никто не пытался выяснить, что я есть такое и чем отличаюсь от самого себя двадцатилетней давности. Что, если тогда в горах появился вовсе не Алексей, а его не слишком удачная копия, напичканная обрывками воспоминаний? Да, Виктор сверял ДНК и говорил, что они идентичны. Могу я, как какой-нибудь сок, быть только «идентичен натуральному»? Выходило так, что могу. А последний распад еще больше добавлял неопределенности. Сколько времени я провел в «разобранном» состоянии, и что в итоге собралось в настоящем?

Наверное, я мог бы отказаться от обследования. Но, рано или поздно, все равно придется во всем разбираться. Может оно и лучше, сделать это сейчас, до того как мы минимум на полгода окажемся в замкнутом пространстве межзвездного корабля.