С сожалением провел большим пальцем по теплой маленькой ладошке.

Учиться-то я вполне могу и сам. Просто привык, что она вот так, как собачка бежит по первому зову, переживает из-за моих неудач. Готова задержаться до глубокой ночи, помогая хорошо оформить курсовую или, как сейчас, опекает, следя за тем, чтобы я не запустил подготовку к сложному экзамену. Мне это удобно, и, не надо себе врать, даже нравится. Но так не по-человечески. Хотя… разве сам я не человек? Разве, поступать как нравится — преступление?

Я встал. Коньяк и весна кружили голову. Ольга оказалась так близко, что я почувствовал запах ее шампуня. Скользнул рукой по плечу. Нет, надо остановиться, пока еще есть такая возможность. Я вздохнул. Наклонился и нашел ее губы. Почувствовал, как она ждала этого. Как вся распахнулась мне навстречу. Хотелось дернуть за веревочку и затушить фонари. Чтобы над нами остались только небо и звезды.

Через какое-то время — сколько его прошло, минута, десять? — я ощутил на груди отталкивающую меня ладонь и отпустил Ольгу.

— Все-таки нужно готовиться к экзамену, — тихо прошептала она.

Я слышал ее прерывистое дыхание и прекрасно понимал, что, поднявшись наверх, до билетов мы так и не доберемся.

— Ты уверена? Кажется, у подготовки к экзамену сегодня нет ни одного шанса…

Ольга отстранилась так, что стал виден ироничный блеск в ее глазах и саркастичная улыбка.

— Не знаю, почему ты считаешь, что я маленькая, Тём. Но поверь, в двадцать шесть лет мне известно, что такое секс. И наш с тобой я представляла много раз. Но ты всегда вел себя как бесчувственный робот и держал дистанцию! Не знаю, что с тобой сегодня случилось, но я хочу воспользоваться этой ситуацией.

Не дожидаясь, пока я выйду из ступора, Ольга сделала пару решительных шагов в сторону двери и обернулась, с вызовом глядя мне в глаза. Несколько секунд я стоял, чувствуя себя идиотом. А потом принял вызов.

Через несколько недель мне стукнет сорок лет. Какой страшный возраст! Но, несмотря на него, таким безбашенным мальчишкой, как в тот вечер, я еще не ощущал себя никогда.

Одежда странными кляксами проложила дорожку из коридора в комнату. Так и остался лежать на боку не вовремя подвернувшийся под ноги стул. В пробивавшемся через окно лунном свете кожа Ольги, казалось, тоже слегка светилась. Я любовался этим. Дразнил Ольгу, играл ею, изводил ее. Мне нравилось, как она тянулась ко мне. Нравились пальцы, скользившие по моей спине. Мне хотелось ощущать Ольгу еще и еще. И еще…

У физики не было никаких шансов оказаться сегодня изученной.