Неверморе
Страница 78 из 155
Настройки чтения
18px
1.8
1

Неверморе

Страница 78
вещи разбирать. Это отлично. Потому что без него я наконец смогу написать, как я проснулась – без шнурков, не в той кровати, не в той одежде, в которой была на суде; кинулась к окну – а там дома, дома с плоскими крышами, дома, которые строили без радости. Тут я все время буду вставлять нынешние реплики рядышком с прошлым ужасом, чтобы не так бесило. Итак: – бездушные дома (пятиэтажки); – комната с белыми стенами (ну да, выкрашены краской); – с ковром на полу (чтоб жильцы не простужались); – и зачем-то еще письменный стол (за ним я заново училась читать и напрочь отказалась вести свой дневник, в целом нормальный стол). Где шнурки? Где цепочка? Почему я в каких-то жестких, ярких, несуразных одеждах, вот как у М. (всего-то были там кофта и джинсы)? Где хоть кто-то? Где гора? Тот день был пасмурный, и я испугалась, как никогда в жизни, и все смотрела на свои запястья, причем до сих пор не пойму, чего боялась больше: что там проступят шнурки или что больше никогда шнурков не увижу, – забыла, что М. их снял совсем недавно, у меня вообще все в голове скомкалось. Я медленно прошлась по комнате, потрогала собственные волосы, и нос, и лоб; тусклое зеркало нашлось на внутренней дверце шкафа. Все вдруг стало таким объемным и таким цветным; даже в пасмурный день цвета бывают разные. Я смотрела на покрывало на кровати, неестественно блестящее, на спинку стула, тоже покрытую лаком, и наконец подергала ручку двери. Оказалось заперто. Если бы это происходило со мной нынешней, я бы сказала: как после каникул или после отпуска; медленно, медленно приходишь в себя, и надо дальше жить длинную жизнь, а ты даже не понимаешь, где находишься. Но та не знала этих слов: ни «отпуск», ни «каникулы». И ее снова все расспрашивали: помнишь ли ты, да как тебя зовут, да сколько лет, ой, ладно, сколько пальцев я показываю. Длинная, длинная череда психологов и врачей (на самом деле, думаю, их было человек пять). Потом пришел Алмазов (наш декан, низенький, энергичнейший мужик, сам кряжистый, нос с горбинкой), посмотрел, как я шмыгаю носом и прямо-таки пузырюсь то ли непролитыми слезами, то ли невысказанными вопросами, всех выгнал и сказал: – Ну ты даешь. Обычно если прячутся – то хоть линейно, а ты еще и время в петлю закрутила. Ну ты даешь, Яркевич! Так я узнала хотя бы свою фамилию. Алмазов, шумно хлюпая из кружки, поведал следующее: оказывается, в тот мир я провалилась, а родилась в этом; оказывается, я настолько не хотела больше здесь быть, что полностью ушла туда, еще и фальшивое детство
назадназад
1 ... 76 77 78 79 80 ... 155
впередвперед